У меня защипало глаза. Прекрасно. Истерика у автомата с кофе. Осталось только окончательно развалиться на части и попросить у вселенной скидочную карту на страдания.
Макс вздохнул и осторожно коснулся моей руки.
— А этот Воронцов? Он какой?
Я хмыкнула сквозь ком в горле.
— Как будто дорогой холодильник научили презрению.
Брат неожиданно рассмеялся.
— Уже интереснее.
— Ничего не интереснее.
— Но красивый?
Я уставилась на него.
— Ты серьёзно сейчас?
— Да.
— Очень.
— Значит, красивый, — довольно кивнул он.
— Макс!
— Что? Я просто собираю данные. Вдруг моя сестра собирается войти в опасную зону — богатый, травмированный, красивый, с ребёнком. Это же классическая катастрофа.
— Я не собираюсь в него входить.
— В опасную зону или в миллиардера?
— Господи, какой ты противный.
Он снова усмехнулся. Потом посерьёзнел.
— Только пообещай одну вещь.
— Какую?
— Если почувствуешь, что тебя там ломают — уйдёшь. Не ради меня. Ради себя.
Я не ответила сразу. Потому что обещать такое — значит допускать мысль, что я ещё умею выбирать себя. А я давно уже жила не так.
— Ева.
— Ладно, — выдохнула я. — Обещаю.
Он кивнул, но я видела: не поверил до конца. И правильно. Я бы себе тоже не поверила.
Домой я добралась поздно вечером. Подъезд, как всегда, пах сыростью, кошками и чьим-то безнадёжным ремонтом. Моя квартира встретила тишиной: однушка, старый стол, диван, чайник, учебники, распечатки и чашка с треснутой ручкой, в которой обычно умирали карандаши и надежда.
Я прислонилась спиной к двери и сползла на пол. Телефон снова завибрировал. Номер незнакомый.
— Да? — устало сказала я.
— Добрый вечер, Ева Ланская. Меня зовут Игорь Сафронов, я юрист Арсения Владиславовича Воронцова.
Ну конечно. Ангелы ада работают посменно.
— Чем обязана?
— Я хотел уточнить, получили ли вы предложение и готовы ли завтра обсудить детали контракта.
— Вы удивитесь, но люди обычно сначала спрашивают, согласна ли другая сторона.
— Именно это я сейчас и делаю.
Я хмыкнула.
— Передайте Арсению Владиславовичу, что я думаю.
— Передам. Во сколько вам удобно подъехать?
— А с чего вы взяли, что я вообще приеду?
— С того, что мой опыт подсказывает: когда человек просит сутки на размышление, он уже наполовину внутри решения.
Я стиснула телефон крепче.
— А если ваш опыт ошибается?
— Тогда завтра в десять утра машина не дождётся вас у дома.
Я выпрямилась.
— Какая ещё машина?
— За вами будет отправлен автомобиль. В десять.
— Я не давала адрес.
— Доброй ночи, Ева.
Он положил трубку.
Я ещё секунду сидела молча, потом посмотрела на телефон и сказала в пустую квартиру:
— Ненавижу богатых.