Потом уставились друг на друга. И Майя, появившаяся в дверях со стаканом сока, радостно выдала:
— А я говорила!
Господи. Эта девочка нас всех переживёт.
Глава 14
Глава 14
Катастрофа случилась вечером. Не романтическая. Настоящая.
Я сидела в библиотеке и пыталась делать вид, что читаю материалы по коррекционной педагогике. На деле же я думала только об одной фразе: «Больше, чем мне хотелось бы». Зачем он это сказал? Зачем вообще позволил этому случиться между нами — этой странной трещине, сквозь которую я уже видела не только ледяного мерзавца, но и живого мужчину? И почему я, взрослая вроде бы женщина, не могла просто вычеркнуть эту реплику из головы?
Телефон завибрировал. Сообщение от Макса: «Как там твой айсберг?»
Я невольно фыркнула и написала в ответ: «Начал трескаться. Возможно, глобальное потепление».
Ответ пришёл сразу: «Беги».
Я только успела усмехнуться, как сверху раздался крик. Детский. Высокий, срывающийся, не игра, не каприз — настоящий страх.
Я вскочила так резко, что книга слетела на пол.
— Майя! — донёсся из коридора голос Арсения.
Дальше всё происходило быстро. Слишком быстро.
Я выбежала из библиотеки и увидела хаос в холле второго этажа: бледную горничную, охранника, няню, Арсения — босиком, без пиджака, с таким лицом, что у меня внутри всё оборвалось.
— Что случилось? — крикнула я.
Он даже не сразу меня заметил.
— Майя заперлась в ванной, — отрывисто бросил он. — Не отвечает. Там вода.
Я сорвалась с места. У двери уже собрались все. За ней слышался шум воды и тишина — страшная, вязкая.
— Майя! — снова ударил голосом Арсений. — Открой немедленно!
Нет ответа.
Он дёрнул ручку. Закрыто.
— Отойдите, — сказал охраннику.
— Папа…
Слабый голос изнутри. Плачущий. Задыхающийся.
Я подошла ближе.
— Майя! Это Ева. Слышишь меня?
Тишина. Потом всхлип.
— Мне страшно…
У меня сердце провалилось в живот.
— Солнышко, слушай мой голос, ладно? Ты можешь подойти к двери?
— Не могу…
— Почему?
— Вода… и… и мама…
Все застыли. Арсений медленно повернул голову ко мне, и я увидела у него в лице то, чего ещё не видела ни разу. Настоящий ужас. Не за себя. За неё.
Я поняла раньше, чем кто-то успел что-то объяснить. Триггер. Память. Видимо, что-то связанное с матерью, с ванной, с водой. Неважно что именно — важно, что ребёнка накрыло так, что она физически не могла открыть дверь.
— Выломайте, — резко сказал Арсений.
Охранник уже шагнул вперёд, но я схватила Арсения за руку.
— Нет.
— Ева, отойдите.
— Если сейчас выбьете дверь, ей станет ещё хуже.
— А если там опасность?!
— Там и так опасность — паника. Дайте мне минуту.