Я не могла потерять его...
— Вы хотели узнать имя убийцы Троя Фицека?
— Нет, — снова всхлипнула я, но было слишком поздно.
Мой отец говорил так, будто это был обычный телефонный звонок.
— Грейвия Онера Рихтер.
Озадаченная, я моргнула, смахивая слёзы, но приходили новые.
Мой отец произнёс моё имя...
— Она проникла на мой новогодний гала-вечер. И оставила беспорядок на моём чердаке.
Будто мой собственный отец вонзал мне нож в спину и поворачивал его. Снова и снова.
Это никогда не прекратится. Никогда...
— Да, вы правильно расслышали. Рихтер.
Он повесил трубку, сунул телефон обратно в карман и холодно посмотрел на меня.
Нож всё ещё торчал в моей спине. Поворачиваясь, как стрелка часов. С самого моего рождения.
Как моё сердце умудрялось оставаться живым до сегодняшнего дня? Почему моё тело поддерживало жизнь в том, что никогда не было желанным?
— Зачем ты выдал себя...
Это был не мой голос, и всё же я говорила. Короткое замыкание в мозгу. Потому что я потеряла над ним контроль минуты назад.
Триумф в его глазах вернулся.
— Всё это время ты думала, что мне не всё равно, узнают ли люди о тебе. И действительно, мне было не всё равно. Пока ты не застрелила сына моего наставника.
Я была убийцей. И весь мир скоро узнает об этом.
Никто никогда не прочитает мои книги.
— Он напал на меня.
Мой отец сухо рассмеялся. — К сожалению, нет записей, чтобы доказать это.
И нож продолжал поворачиваться.
Этот человек сделает всё, чтобы заставить меня страдать. Он сделал это своей жизненной миссией. А я... не смогу остановить его.
— Почему... — ещё одно рыдание вырвалось из меня, и я поморщилась, моё лицо исказилось от невыносимой боли в груди. — Почему ты уничтожаешь меня...
— Я? — Он шагнул ко мне. — Уничтожаю тебя?
Он присел на корточки передо мной, схватил за подбородок, заставляя меня смотреть на него.
— Это ты уничтожила меня. Каждую секунду с момента твоего появления на свет. Но этот жалкий фарс окончен. Попрощайся с Давианом. Пока у тебя ещё есть возможность.
Он встал.
Нет.
Нет, нет, нет!
Рыдание вырвалось из меня, и я оперлась на пол передо мной, чтобы не завалиться набок.
Я теряла Давиана.
Я теряла его прямо сейчас. С каждой проходящей секундой я теряла ещё одну секунду, которую могла бы провести с ним.
Я теряла свою Птицу чернил.
Бумажную птицу, которая несла меня через бесконечный океан. Подо мной самое глубокое, самое безжалостное море. То, которое я никогда не была предназначена пережить.
Отчаянно я хватала ртом воздух, но лёгкие болели.
Мой отец бросил что-то на пол передо мной, и я услышала металлический звон.