— Можете продолжать.
— Мистер Рихтер чётко заявил, что хранил всё своё огнестрельное оружие в недоступном для членов семьи месте, — сказал Кутольски, и судья собирался что-то сказать, но я был быстрее.
— Но не вне моей досягаемости.
Все взгляды снова обратились ко мне.
Тони бледнел всё больше и больше.
— Я украл этот пистолет у него много лет назад и хранил его в своём личном владении. Квилл нашла его.
Арнольд приподнял обе брови, что только подогревало мою внутреннюю агрессию.
Он сидел там так, будто всё это его скучало.
Пока что.
— Что делала мисс Рихтер рядом с вашими личными вещами? Согласно документам, вы были её профессором.
— Я был её наставником по дебатам и, следовательно, доверенным советником.
Кто-то в зале сухо рассмеялся. Джозеф.
Он мог считать себя счастливчиком, что здесь были охранники.
Я никогда не прощу его.
— Кроме того, мистер Рихтер был моим наставником много лет, и мне пришлось узнать на семейном ужине, что мисс Веритас не только его дочь, но и подвергалась домашнему насилию — как эмоциональному, так и физическому, — а также пренебрежению с его стороны, поэтому я предложил ей место у меня дома с моей дочерью.
Джозеф вскочил на ноги.
— Как вы смеете!
— Мистер Рихтер... — попытался прервать его судья, но Джозеф поднял в его сторону указательный палец.
— Это ложь!
— Мистер Рихтер. Пожалуйста, сядьте.
Но я ещё не закончил с ним.
Мир должен был узнать, кто такой Джозеф Рихтер. Кто столкнул моё Пёрышко в бездну.
Она была бы ещё здесь, чёрт возьми! Со мной!
Слеза выскользнула из моего глаза, и тишина в зале суда была смертельной.
— Годами он преследовал Квилл, тиранил её, угрожал ей, пренебрегал ею, создавал для неё ситуации зависимости и пользовался ими, терроризировал её и её мать, душил свою дочь, оставляя синяки на её запястьях и шее от его крепкой хватки, и вонзил нож для бумаг в её руку.
Моника прикрыла рот рукой, а другие издали удивлённые вздохи.
Вена — я видел её оттуда, где сидел, — пульсировала на лбу Джозефа.
И в тот момент я был уверен, что он сожалел о том, что когда-либо взял меня под своё крыло.
Хорошо.
— Возражение, не относится к делу! — выпалил Кутольски.
— Отклонено.
Кутольски посмотрел на меня, явно недовольный.
— У вас есть доказательства, подтверждающие такие обвинения?
— На правой руке Квилл есть шрам, видимый как спереди, так и сзади, — объяснил я, и Моника и Тони оба посмотрели на Джозефа с пепельными лицами, в то время как Лара пыталась подарить мне ободряющую улыбку, но потерпела неудачу.
Мисс ДеЛофри встала и передала фотографии вскрытия — на которые я не мог заставить себя взглянуть до сегодняшнего дня — судье, который изучил их, пока я сверлил взглядом Джозефа.