Декан Фэрис махнула рукой, и охранник оставил планшет на полу.
Кидан села, ее глаза наполнились слезами – она смотрела, как сестра съеживается от допросов профессора.
Но… чего-то не хватало.
– Подождите. – Кидан подняла взгляд, глядя на удаляющуюся спину декана. – Где… он?
– Сузеньос Сагад? – голос декана ожесточился от горечи.
Кидан едва смогла кивнуть: внутри нарастало гнетущее чувство.
– Он вступил в сговор с твоими родителями и скрывал могущественный артефакт, замышляя завладеть им и разорвать Запреты, угрожая нашему сосуществованию. Каково, по-твоему, наказание за подобное преступление?
Каждая клетка Кидан застонала от этой мысли.
– Пожалуйста, я сделаю все, кроме вашей просьбы – только отпустите их. Прошу.
Декан Фэрис оглянулась на нее – бирюзовая заколка в гладком пучке напоминала третий голубой глаз.
– Ты даже не представляешь, насколько расколол Укслей один только слух о том, что Дом Адане скрывает артефакт. Снова назревают протесты и насилие. Равновесие должно быть восстановлено.
– Вы хотите сохранить артефакт в безопасности, верно? – Кидан шагнула вперед. – Я никому не позволю изменить действующий закон. Он в безопасности.
Лицо декана едва заметно изменилось от мольбы в ее голосе. Когда она заговорила снова, Кидан почти услышала скорбь.
– Тебе следовало обратиться ко мне с самого начала. Теперь слишком поздно. Ни я, ни Укслей не доверим тебе защиту артефакта. Твоя непредсказуемость опасна. Судьба нашего мира не может попасть в твои руки.
Низкие каблуки декана зацокали прочь, дверь захлопнулась, и Кидан снова осталась одна. Квадратный экран подсвечивал подбородок, глаза болели, но Кидан не смела отвести взгляд, когда Джун заплакала и ее лицо исказилось от страданий.
Кидан чувствовала себя никчемной. Ее терзала собственная слабость, вечная необходимость полагаться на милость тех, кто сильнее. Она скучала по доспехам дома Адане. Будь они у нее сейчас, она бы раздвинула прутья и сжимала горло декана Фэрис, пока та не освободит ее сестру.
Джун на экране дернулась, зажмурившись от боли. Кидан не видела, что сделал профессор Андреас, но убила бы и его, если бы могла.
Должно быть, Кидан задремала, прижавшись головой к твердому металлу, потому что проснулась и вздрогнула, когда дверь открылась снова.
Вошли сиционы, и она отползла назад. Не говоря ни слова, они затащили безжизненное тело.
– У нас кое-что для тебя есть, – сказал рыжеволосый вампир-сицион.
Собрав все силы, Кидан двинулась к телу. Дрожащей рукой потянулась к тени, нащупала плечо и перевернула на спину.
Сузеньос. Весь в крови – ото рта до промокшей темной рубашки.