Они замерли, ожидая продолжения. Знает ли декан, почему они заключили сделку с Нефрази?
Кидан почти слышала мысли Слен.
«Успокойся».
– Интересно, – продолжил декан, – вы знали, что Нефрази когда-то были под командованием Лусидио?
В гранитных глазах Слен засияло удивление. Кидан, наоборот, застыла.
В воспоминаниях Сузеньоса она мельком видела тьму, длинные черные пальцы теней, ужасные крики и бесконечные пытки. И задавалась вопросом, что это такое.
– Многие вампиры страдают от пыток Лусидио. Но лишь немногим избранным удалось вырваться из его хватки и найти убежище в Укслее. Двое твоих спутников, Кидан, когда-то служили зверю, который приказал убить моих детей. Если я решу отомстить за них, как ты говоришь, что мне сделать с Сузеньосом и Самсоном Сагадом?
Рот Кидан открылся и закрылся.
– Я… я не знаю.
Декан посмотрела на нее долгим взглядом.
– Не позволяй ярости брать над тобой верх.
Слен медленно произнесла:
– Как убийц вообще пустили в Укслей?
– Хороший вопрос. Бабушка Кидан, предыдущий декан, предоставляла убежище всем, кто страдает. Восьми отщепенцам разрешили войти, в их числе былис Сузеньос, Тадж и Инико. Некоторые из них сейчас для нас бесценны. Разумеется, после нападения на мою семью я хотела их убрать.
Декан замолчала, и ее взгляд скользнул по портрету на дальней стене. Картина маслом – три серьезных молодых студента. Ее написал Омар Умил.
– Тем, кто проявил себя, позволили остаться. И новым Нефрази придется доказать свою преданность, прежде чем Укслей сможет принять их по-настоящему. Мой компаньон уже провел с ними много времени. Но если вы скажете, что они явились навредить Укслею, я прикажу сиционам уничтожить их сегодня же.
Юсеф теребил край горчичного свитера. В покер ему играть не стоит. Впрочем, Кидан тоже недалеко ушла. Ее нервировали подробности о прошлом Сузеньоса. Тем не менее она старалась не терять лицо.
Им нужно думать о Джи Кее.
А признание, что они сознательно привели опасных отщепенцев, могло закончиться судом мот зебейя. И все же Кидан чувствовала необъяснимое желание сказать правду. Что-то в груди рвалось наружу против ее воли.
К счастью, заговорила Слен:
– Отщепенцы сказали, что пришли присоединиться к Укслею, а не навредить ему.
Повисла долгая пауза. Потом декан Фэрис сделала глоток своего горького чая.
– Хорошо. Тогда вернемся к первому вопросу. Почему я провожу здесь большую часть времени?
Слен окинула взглядом занавески цвета слоновой кости – за ними виднелись крыши Укслея и башни Арата. И на мгновение замерла.
– Все произошло в этой комнате?
Декан поставила чашку.