– Ну что, королева Скагеррака, вот и настало время поквитаться за смерть наших братьев, ставших жертвой твоего коварства и ведьмовских придумок.
– Помнится, вы оба дали клятву, что ваши мечи отныне будут служить нашей общине, – процедила я сквозь зубы.
– А мы и не отказываемся от своих слов, – мерзко рассмеялся Хун, следом за братом вошедший в мою спальню, также с обнаженным мечом в руке. – Думаю, мы окажем Скагерраку большую услугу, если убьем ведьму, которая своими чарами околдовала местных жителей, научив их бесчестным способам ведения войны.
– Против грязных захватчиков годятся любые способы для того, чтобы отправить их в Хельхейм, – брезгливо произнесла я.
Наверно, сейчас мне нужно было бояться, но при виде этих мерзавцев в моей душе не возникло никакого иного чувства, кроме омерзения. И, не сдержавшись, я от души, смачно так плюнула прямо в улыбающуюся рожу Пиана.
И не промахнулась.
– Довольно разговоров, брат! – произнес Пиан, неторопливо стирая мой плевок со своих усов. – Настало время напоить клинки наших мечей кровью этой проклятой ведьмы.
И, нарочито медленно занеся меч наискось, шагнул вперед, явно намереваясь одним ударом перерубить мне горло.
Глава 13
И тут позади Пиана раздался рев, который не могло исторгнуть человеческое горло!
Дан обладал хорошей реакцией. Он мгновенно отскочил в сторону, разворачиваясь в прыжке лицом к опасности.
И я увидела Рагнара…
Правда, я не сразу его узнала…
Светловолосый викинг стоял возле двери, опустившись на одно колено.
Его лицо страшно менялось, словно превращаясь в звериное…
Потому что даже в приступе самой жесточайшей ярости не может так трансформироваться человеческий рот, растянувшийся до размеров звериной пасти…
Не могут такой нечеловеческой злобой гореть глаза, зрачки и радужка которых сжались в едва заметные черные точки…
Невозможно, чтобы столь глубокие морщины избороздили лоб и подбородок, собрав их в кожаные продольные бугры, а ноздри раздулись настолько широко, словно у зверя, учуявшего добычу.
Пальцы Рагнара, судорожно согнутые наподобие когтей, принялись драть кожаный нагрудник его доспеха, процарапывая ногтями на дубленой поверхности светлые полосы, а рев, который исторгла глотка этого монстра, заставил меня замереть от ужаса.
И не только меня…
– Ч-что это? – пролепетал Хун.
– Йотун, вселившийся в выскочку-конунга, – рявкнул Пиан.
Дан сумел перебороть ужас, сковавший его на мгновение, и ринулся в атаку, занося меч для сокрушающего удара.
Но Рагнар оказался быстрее…
Словно лесной зверь, мощно оттолкнувшись от пола всеми четырьмя конечностями, он прыгнул снизу, под занесенную руку Пиана, который не ожидал от человека подобной скорости передвижения.