– Теперь ты понимаешь, Лагерта, зачем я бреюсь. Просто чтобы во время превращения в зверя не содрать свое лицо за бороду с собственного черепа.
Глава 14
Хлопнула дверь – это выбежала из спальни Далия. Но в эту минуту мне было не до нее. Жива осталась – и отлично! Главное, чтобы у Рагнара сейчас сердце не остановилось от того, что с ним произошло. А судя по тому, насколько бледным было его лицо и как тряслись у него руки, это вполне могло произойти.
– Пить… – попросил он.
Я метнулась к кадке, стоявшей в углу, зачерпнула воды кружкой, принесла. И придержала ее за донышко, чтобы она не выпала из трясущихся рук моего спасителя, пока он пил, постукивая зубами о край глиняной посудины.
– Благодарю, – произнес Рагнар, возвращая мне кружку и пытаясь улыбнуться. А потом он даже нашел в себе силы подняться с коленей и сесть на лавку у стены, кутаясь в медвежью шкуру. Его все еще знобило, но было видно, что последствия трансформации идут на убыль, да и цвет лица от трупного возвращается к нормальному…
Я присела рядом и прижалась к Рагнару, обняв его и пытаясь согреть своим теплом.
Сейчас, несмотря на то, что я видела, он казался мне самым родным и близким человеком на свете.
Умеет превращаться в чудовище?
В спальне валяются мертвецы, изуродованные им?
Наплевать!
Он это сделал ради меня!
Спас от смерти!
И какая теперь разница, кто этот человек? Во множестве сказок всех народов мира девушки влюбляются в чудовищ, которые потом превращаются в прекрасных принцев. Мне повезло больше – мой прекрасный принц умеет превращаться в чудовище, когда нужно меня спасти. И надо быть полной дурой, чтобы отвернуться от такого подарка судьбы – типа, фу, когда мой спаситель рвал на части моих убийц, он был такой некрасивый…
– Я думал, что после того, как ты узнаешь, кто я есть на самом деле, ты меня возненавидишь, – проговорил Рагнар. – Потому был даже немного рад, что наше чувство погасло не разгоревшись.
– Оно не погасло, – проговорила я, прижимаясь к своему спасителю еще сильнее. – Просто тогда мы решили, что так будет лучше для нас обоих. Но сейчас я и правда была бы не прочь узнать, кто ты на самом деле.
Рагнар вздохнул.
– Ты, наверно, знаешь, что некоторые викинги перед битвой пьют отвар из мухоморов, после чего впадают в боевой транс и называют себя берсерками.
– Да, конечно, – проговорила я, вспомнив Сигурда, которому, помнится, тот отвар не особенно помог.
Мой спаситель усмехнулся.
– Они просто пытаются подражать нам. Берсеркам по рождению. Мы не пьем зелий из растений, дурманящих сознание. Просто, когда нужно, мы выпускаем из себя зверя, живущего в нас постоянно.