Старик пожал плечами.
– Сам не пойму. Нравится мне его отчаянная храбрость. Но в то же время не привык я верить чужакам.
– Понимаю, – кивнула я. – Я тоже к новым людям отношусь с недоверием. Что ж, посмотрим. Хочется надеяться, что все они станут достойными членами нашей общины.
Глава 2
Когда подсчет трофеев закончился, оказалось, что община Скагеррака стала богаче на три десятка скандинавских мечей и полторы дюжины франкских, которые викинги частенько брали в качестве трофеев с кораблей неосторожных купцов. Также нам достались два десятка хаубергов, почти не рваных, ибо стрелы не особенно сильно портят кольчуги, и примерно столько же кожаных нагрудников, хоть и пострадавших в битве, но ремонтопригодных…
В подробности я не вдавалась. Это Тормод вел строгий учет захваченного добра, вырезая руны ножом на гладко оструганных деревянных дощечках. Старик записывал каждый трофейный шлем, каждую стрелу – и, конечно, не обошел своим вниманием ткани, одежду и другое всевозможно барахло, которое люди Скагеррака извлекли из трюма одного из захваченных драккаров.
– Зачем тебе это, старик? – посмеивался Ульв, ковыряясь в камнемете, – викинг решил его сделать поманевреннее, чтобы осадная машина поворачивалась быстрее и на больший угол.
– Всякое добро учета требует! – наставительно заявил Тормод. И потише добавил: – Ходят тут всякие. Потом уйдут – того и гляди, половины трофеев недосчитаешься…
Понятно было, кого он имел в виду. Айварса с командой строителей, которые – надо отдать им должное – честно выполняли свою работу. Правда, не нравилось мне, как они поглядывали на наши трофеи, хотя из них строителям пообещали выделить справедливую долю за участие в битве. При этом, как я поняла, пришлые викинги нам просто завидовали, ибо надвигалась зима и далеко не каждое поселение могло похвастаться обилием глубоких ям-холодильников, доверху набитых китовым мясом и жиром.
В те времена еда была главным богатством людей, ведь приближение холодов грозило трудностями в охоте и рыболовстве. По скрипучему снегу даже на лыжах непросто охотиться на чуткую дичь, к тому же человека на белом снегу прекрасно видно издалека. Это в моем времени на охоту ходят с дальнобойными ружьями, снабженными оптикой. В Средние века оружием добытчика были лук, копье, нож и мастерство – которых, тем не менее, зачастую не хватало для того, чтобы в поселении за зиму никто не умер от голода.
По воспоминаниям, оставшимся мне в наследство от Лагерты, я знала, что в мороз с рыбалкой и у нас в Скагерраке не очень. С наступлением холодов фьорд затягивало толстым слоем льда, и рыба уходила подальше от берега в открытое море, где в воде было больше пищи и кислорода. Так что осенью все народы Скандинавии были заняты масштабной заготовкой припасов, чтобы их хватило до наступления весны.