Я быстро оценила, кто к нам бежит, и скомандовала:
– Не стрелять! И вообще не двигаться без моего приказа!
Просто к нам приближалась толпа людей, большинство из которых составляли пожилые воины и подростки, наверняка не прошедшие еще воинское посвящение. Также в ней я заметила нескольких женщин, вооруженных топорами и длинными кухонными ножами.
Эти люди понимали: с жителями враждебного города никто церемониться не будет. Сопротивляющихся перебьют, а остальным наденут на шею деревянное ярмо трэлла, превратив свободных людей в рабов. И подобная участь для свободолюбивых викингов была хуже смерти.
Да, нас было меньше, чем жителей Каттегата. Но сейчас их число не имело значения. Дай я команду, и «стена щитов» двинется вперед, перемалывая мирных жителей не хуже шнековой мясорубки, а лучники Кемпа тем временем будут спокойно и планомерно отстреливать самых опасных врагов. Думаю, менее чем за четверть часа воины нашей общины перебили бы всех жителей Каттегата – при этом, конечно, понеся потери, ибо сражаться в Норвегии девятого века умели все без исключения люди, способные держать в руках оружие.
Но глянув на мертвые тела, растерзанные Рагнаром, я твердо решила: хватит на сегодня крови. Во всяком случае, я сделаю все, чтобы в этот день ее не пролилось больше не капли.
– Люди Каттегата! – громко крикнула я. – К вам обращаюсь я, королева Скагеррака. Поселения, которое разграбил ваш конунг Гуннар. Однако я со своими людьми в отместку сумела захватить Каттегат, и вы сами видите, что боги Вальхаллы на нашей стороне. Но я не хочу вашей смерти, если вы только сами не выберете ее. Потому я предлагаю вам принести мне клятву верности и стать не рабами, а полноправными членами нашей общины. Либо принять достойную смерть с мечом в руке. Выбор за вами.
Люди, только что настроенные на битву до конца, остановились в замешательстве. Понятное дело, никому не охота было умирать, бросаясь на воинов, запакованных в боевые доспехи и выстроивших «стену щитов». Все равно что с ножом в руке пытаться зарезать прибрежную скалу. Глупое занятие, ведущее к бесславной смерти, ибо никто не оценит отвагу дурака, бросающегося навстречу собственной гибели без малейшего шанса на победу.
К тому же в Норвегии того времени жители соседних поселений не были заклятыми врагами. Даже когда у них возникали серьезные разногласия, доходящие до кровавых битв, викинги убивали друг друга без особой ярости. Эдак по-соседски. По принципу «чисто бизнес, ничего личного», ибо многие из противников знали друг друга очень хорошо и частенько даже были приятелями. Сказал конунг, что нужно вырезать соседнее поселение, – и ничего тут не попишешь, прости, дружище, так вышло. Потому я тебя по знакомству не больно зарублю, уж не обессудь…