В моем старом мире термин «вторая половинка» давно превратился в избитый, замыленный штамп. Здесь же я внезапно почувствовала на себе: может, и правы скандинавские скальды. Возможно, богини судьбы норны действительно сплетают судьбы двух людей так, что друг без друга влюбленные чувствуют себя просто разорванными нитками, брошенными на грязный пол Мироздания…
Но внезапно я услышала тихий стон – и сама не поняла, как оказалась возле кровати Рагнара, словно неведомая сила перенесла меня через всю спальню!
– Как ты? – осторожно, словно боясь спугнуть свое вернувшееся счастье, спросила я, наклоняясь над мужем.
Он открыл глаза, слабо улыбнулся.
– Ты знаешь, я видел удивительный сон, – еле слышно проговорил он, с трудом приподнявшись и прислонившись спиной к стене. – Словно сама богиня смерти Хель пришла за мной, чтобы забрать в свое ледяное царство. И даже начала петь Песню Смерти – но ее отвлек твой голос. И вот теперь я лежу здесь и чувствую себя значительно лучше.
Я прикусила губу…
С каждым разом я убеждалась, что мои сны – это не просто шалости отдыхающего мозга, показывающего самому себе занимательные сюжеты, а нечто гораздо большее. И вот сейчас я услышала слишком очевидное тому подтверждение, которое вряд ли могло быть случайностью.
Но сейчас мне было не до анализа мистических причинно-следственных связей.
Мой муж жив, на его бледное лицо вернулся слабый румянец – и это главное!
Я гладила его лицо и волосы, плача от счастья, и понимала, что сейчас вряд ли на всей земле нашлась бы более счастливая женщина, чем я…
Однако внезапно Рагнар нежно отвел мою руку от своего лица и произнес:
– Любимая, я очень рад, что богине смерти не удалось разлучить нас. Но я должен сказать тебе, что, к сожалению, это ненадолго.
– О чем ты? – с тревогой произнесла я.
Рагнар слабо улыбнулся, провел рукой по моим волосам, с грустью глядя на меня так, словно хотел навеки запечатлеть в памяти мой образ…
– Эта ночь скоро закончится, – произнес он. – Придет день, а с ним в Каттегат вернется Гуннар со своими людьми, несущими на плечах трофеи, которые они награбили в нашей крепости. Да, союзники Гуннара разбредутся с добычей по своим общинам, и их с ним не будет. Но воинов у него все равно больше, чем у нас.
– Ну и что? – не поняла я. – У Каттегата высокие стены, выше, чем у Скагеррака. И на них стоят тяжелые самострелы. Вряд ли у Гуннара получится взять эту крепость.
– Вот именно – вряд ли, – кивнул Рагнар. – Я участвовал во многих битвах и могу сказать, что в целом наши силы будут равны. Исход осады предсказать трудно, а Гуннар не из тех, кто любит проигрывать.