Но, честно говоря, то, что я видела вдали, оптимизма не внушало даже с учетом всего, что было сделано в плане укрепления обороноспособности Каттегата.
– Я насчитал двадцать два драккара, – задумчиво проговорил Рагнар. – Битва будет очень неравной…
– Если на каждом из них хотя бы по шесть десятков воинов, то нам придется иметь дело примерно с полуторатысячной армией, – задумчиво почесал затылок Ульв. – У нас же от силы наберется четыре сотни бойцов.
– Расклад не в нашу пользу, – кивнула я. – Но, если помнишь, в битве при Скагерраке даны тоже были уверены в победе – и потерпели сокрушительное поражение. Кстати, солнце уже давно перевалило за полуденную отметку, так что, думаю, в атаку они пойдут завтра, а сейчас лягут в дрейф до утра.
– Согласен, – кивнул Рагнар. – Но что это изменит?
– Есть одна мысль, – усмехнулась я. – А точнее, целых две.
…Я оказалась права.
Драккары данов бросили якоря в двух полетах стрелы от Зуба Нарвала, который их наверняка смутил. Не ожидали наши враги увидеть крепость на острове, и такую неожиданность следовало обсудить, прежде чем с ходу соваться в битву на ночь глядя.
Этим они и занялись, связав шесть драккаров бортами между собой и устроив на них нечто вроде тинга – собрания капитанов. Остальные суда выстроились в линию, перегородив фьорд на случай, если кто-то из нас решит сбежать на драккаре или лодке морским путем. Что ж, по-своему с военной точки зрения того времени разумное решение… по поводу которого у меня имелось свое мнение.
Которое я и высказала.
– Прости, дорогая, но так нельзя! – выслушав меня, в запальчивости воскликнул Рагнар. – Для любого викинга драккар – больше чем корабль! Это его жизнь, воплощенная в дереве и парусах!
– А скажи, муж мой, – прищурилась я. – Настоящий викинг не согласится пожертвовать своей жизнью ради победы?
– Конечно согласится, но… – произнес Рангар – и осекся, поняв, что попал в мою ловушку, сплетенную из слов.
– Дроттнинг права, – мрачно произнес Ульв. – Нам удалось победить в Скагерраке лишь потому, что даны не ожидали от нас тех военных хитростей, которые придумала королева. Однако сейчас они уже ученые, и снова без потерь нам победить не удастся. Но когда потеря во много раз превышает ущерб, нанесенный врагу, – это оправданная жертва!
– Что ж, быть посему, – кивнул Рагнар. – Только на это дело пойду я и еще десяток бойцов, которых выберу сам.
– Хорошо, – кивнула я, видя, что спорить с мужем бесполезно. И хотя у меня заныло в груди от мысли, что я могу потерять его, – но в то же время я понимала: сейчас нашим воинам, однозначно приунывшим от осознания численного преимущества данов, нужен наглядный пример героизма.