— Терпение, Эва, — бросил он коротко через плечо.
Я стиснула зубы. Терпение. Меня учили терпению на плацу, когда заставляли стоять неподвижно два часа под дождём. Но сейчас внутри всё кипело — от смеси страха, злости на саму себя и жгучего, почти запретного любопытства. Зачем я иду за ним? Почему не развернулась?
Орешник расступился, и мы вышли на небольшую поляну. Там, заваленный ветками, стоял трайк. Ян подошел к нему и бережно начал убирать самодельное укрытие. Трайк не был похож на тяжелые военные машины, которые я видела в Спарте, не напоминал и даже отдаленно легкие флайджеты. Скорее это был квадроцикл, который я видела на иллюстрациях из справочника истории о техническом прогрессе человечества, только он был длиннее. С двух сторон — спереди и сзади — по два мощных колеса. Рама казалась усиленной, а по бокам располагались щиты для защиты от осколков.
— Это твой? — спросила я, не скрывая удивления.
— А чей же еще? — Ян похлопал по сиденью, как по старому другу. — Зовут Стрекоза. Не обижай ее. Она старенькая, но верная.
— У транспорта не бывает имен, — отрезала я по привычке.
— Бывает, если ты с ней ночи в горах коротал, — сказал он тихо. — Садись.
Он ловко перекинул ногу через трайк, устроился спереди, привычно положив руки на руль. Потом оглянулся на меня.
— Ну?
Я стояла, не двигаясь. Не совсем понимая, что делать, во мне будто боролись две сущности: та которая была непримирима сейчас с кем-либо ехать и та, которой было любопытно, но страшно.
— Залезай, Эва, — подтолкнул он меня.
Я неуверенно шагнула. Мне было неудобно садиться на трайк: юбка норовила задраться, ноги в сандалиях скользили по гладкому пластику подножек. Я неуклюже устроилась на жёстком сиденье, и только тогда поняла, что между мной и Яном нет никакой спинки. Вообще ничего. Только он впереди, и я сзади.
Я замерла.
— Держись за мои плечи. Или за талию — как удобнее. Если страшно — скажи. Заорешь — я не обижусь, — он усмехнулся. — В поворотах не дергайся — я все чувствую. Если мы будем двигаться несогласованно — можем опрокинуться.
— Поняла, — выдохнула я.
— Ну, — Ян повел плечами, подгоняя.
Медленно, словно совершая что-то запретное, я положила ему ладони на плечи.
— Крепче.
Я сжала пальцы. Он чуть повернул голову:
— Так боишься? — спросил тихо.
— Я ничего не боюсь, — повторила я.
Ян ничего не сказал. Просто завел трайк, и двигатель зарокотал тихо. Стрекоза чуть завибрировала подо мной.
— Поехали, — бросил Ян.
Мы тронулись.
Сначала медленно — трайк покатился по траве, объезжая кочки. Я держалась за плечи, стараясь держать спину прямой, как учили в Спарте. Не сутулься. Не поддавайся. Контролируй тело.