Мы сняли одежду с поверженных надзирателей и спешно переоделись. Я затянул последнюю пряжку, проверил, не болтается ли кобура. Рядом Боул и Вадим делали то же самое. Я заметил, что здоровяк периодически поглядывает за нами. Он явно был не уверен, что правильно надевает снаряжение. Неужели и правда пришли из другого мира?
Вадим хмурился, его руки чуть дрожали — от злости и нервов. Боул, наоборот, был спокоен. Только желтизна в его глазах выдавала напряжение.
Варвара отвела нас к флайджету на котором они прилетели. Я вошел и замер на пороге. Внутри, на пассажирском кресле, сидела она.
Эвелин.
Руки сжались в кулаки сами собой — я не успел это отконтролировать. В груди поднялось что-то горячее, тяжелое, почти удушающее. Я узнал ее сразу. Несмотря на годы. Несмотря на форму. Несмотря на то, что она стала старше, жестче, холоднее.
Она смотрела в окно.
Я шагнул в кабину. Вопрос сорвался раньше, чем я взял себя в руки.
— А эта что здесь делает?
Эвелин медленно повернула голову. Наши взгляды встретились.
Она смотрела на меня несколько долгих мгновений. И ничего не сказав отвернулась к окну.
Ярость вспыхнула с новой силой. Сволочь. Даже слов не нашла. Даже “прости” не выдавила. Но не смотря на мои эмоции зверь во мне зашевелился, принюхался, но тосклива остался в подсознании. Он понимал, что предателям нет прощения.
Я крепко сжал челюсть.
Варвара заговорила — быстро, пытаясь сгладить, объяснить, что Эвелин помогла. Что без нее у них ничего не вышло бы с отключением шлемов. Рассказала о том что они сожгли блоки питания на крыше модулей для передачи данных. Когда связь оборвалась, нас автоматически отправило в сон.
— Если центр охраняется слабо, почему вы его не захватили? — спросил я. Голос — ровный, почти спокойный. Только желваки ходят под кожей.
— Как? Нас очень мало! — возмутилась Варвара.
Я покачал головой. Не потому, что хотел ее унизить. Просто… как можно было упустить такой шанс?
Я сдержал вздох. В голове начал созревать план.
— Хочешь сказать, у тебя есть идея, как захватить лагерь? — уточнила Варвара.
— Есть, — ответил я. — Варвара, активируй управление флайджета, а затем передай планшет мне.
Она колебалась. Смотрела на Боула, на Вадима, на Эвелин. Потом снова на меня. Я не отводил взгляда. Если мы будем действовать поодиночке — нас сомнут за час. Нужен один командир. И сейчас это буду я.
В конце концов она подчинилась. Села в кресло пилота, активировала панель управления, протянула планшет.
Я взял его и, по непонятной мне причине, сел рядом с Эвелин.
“Зачем?” — тут же задал себе вопрос. Я не знал. Может быть, чтобы следить за ней. Чтобы держать ее в поле зрения — на случай, если она снова предаст. А может быть это зверь потянул меня ближе, вопреки ненависти, вопреки разуму. Потому что внутри, шевельнулось что-то давно забытое. Узнавание. Я помнил ее запах. Помнил, как ее пальцы сжимали мою рубашку на той проклятой крыше. Мой разум ненавидел ее. Но часть меня по-прежнему желала ее.