“Вот ведь. — подумал я. — Сейчас не место и не время. ”
Варвара продолжала шептать, Вадим тяжело дышал, ещё немного — и обернется.
Я шагнул к ним.
— А ну замолк!
Голос мой прозвучал жёстче, чем я планировал. Но это сработало. Вадим замер. Даже дышать перестал.
Я не стал повышать тон. Я говорил тихо, но так, чтобы каждое слово врезалось в его сознание.
— Возьми себя в руки, Вадим. Мы с Боулом разобрались, как открыть двери центра. Но нам надо поторапливаться. Если не успеем захватить центр до восстановления связи, придётся начинать сначала и придумывать новый план. Вперёд!
Я сказал это, но на самом деле боялся не этого. Я боялся, что Эвелин снова предаст. Что в последний момент, когда всё будет почти решено, она сделает шаг назад — и мы все умрём.
Я развернулся, быстро пошёл в сторону центра, отмечая, что Эвелин следует рядом. Как бы не выкинула ничего. Не ошибку ли я допускаю? Она нас может сдать!
Я шёл и чувствовал, как внутри нарастает глухая, тягучая злость. На нее. На себя. Я ненавидел ее за то, что она заставляет меня снова все это чувствовать.
Мы вошли в зал, и к нам двинулась охрана. Я уже хотел аккуратно, не привлекая внимания ткнуть в нее дулом автомата, напомнить, что я не потерплю предательства, но Эвелин поступила неожиданно. Она активировала свой профиль на джабоне, показала охране.
— Белевский Эвелин, спецподразделение «Чёрный Беркут», прибыла для контроля над ситуацией с потерей связи. — Она говорила холодно, уверенно.
— Приказываю допустить нас в центр. Задержка в восстановлении связи грозит безопасности всего лагеря.
Я видел, как охранники переглянулись. Двое. Молодые. Они явно не ожидали, что к ним придет кто-то из “Черного Беркута”.
Охранники замялись. Один из них, тот, что старше, сделал шаг вперёд:
— У нас нет распоряжения…
— Распоряжение придёт позже, — перебила Эвелин. — И как оно должно по-твоему прийти если нет связи? Если связь не будет восстановлена в ближайшие десять минут, вы ответите перед Михаилом Белевским лично. Вам это надо?
Охранник сглотнул. Кивнул.
— Проходите.
Эвелин шагнула вперед. Я — за ней.
Зверь внутри меня напрягся. Что она делает? Помогает? Или заманивает в ловушку?
Охранники пропустили нас, и мы оказались в пустом коридоре. Я остановился, обернулся.
Двое. Они уже не смотрели на нас. Они доверились. И это стало их ошибкой.
— Тихо, — произнёс я, и в то же мгновение метнулся к ним.
Первый охранник не успел даже вскрикнуть. Лезвие вошло в горло с мягким, почти беззвучным хлюпаньем. Второй дернулся, попытался схватить автомат — но я уже был рядом. Захват, резкий поворот головы, сухой хруст позвонков.