Я напрягся. Представил, как Боул сбрасывает решётку, влетает в комнату. Как надзиратели смотрят на него — сначала с недоумением, потом с ужасом. Как он мечет ножи — три броска, три цели.
"Я справился," — услышал я голос Боула. В нем слышалось напряженность. — "Но..." — он замолчал.
"Говори."
"Я не знаю, как открыть двери центра для вас. Здесь слишком много всего. Ты ошибся, Ян, не того послал выполнять это задание."
Внутри всё сжалось. Я подавил раздражение. Не время. Не место. Боул — не солдат Спарты. Я вообще не знаю, какое развитие в Ашвардии. Судя по рассказам родителей и тому, как выглядел Боул, что-то около средневековья. Я должен был подумать об этом раньше. Послать в центр кого-то, кто знает технику. Но кого? Боул был идеальным удобным вариантом, вот я и повелся.
Эвелин рядом со мной пошевелилась. Я поднял на нее взгляд. Она смотрела на меня — внимательно, изучающе. И вдруг тихо спросила:
— Проблемы?
Я промолчал.
— Центр связи, — продолжила она. — Вы не можете открыть двери?
— С чего ты взяла? — спросил я, сжав зубы.
— Ты слишком долго смотришь в одну точку. И ты злой, — она чуть склонила голову. — Я знаю эту систему. Если хочешь, помогу.
Нет. Я не хотел.
Пальцы заскользили по экрану. Внутри — холодная ярость. Но голос оставался ровным, уверенным.
"Подожди, Боул," — сказал я. — "Я смотрю инструкцию. Сейчас помогу. Сейчас. Ещё секунду."
"Боул, видишь большую красную кнопку в левом нижнем углу?" — спросил я.
"Да."
"Нажми ее. Это аварийное открытие всех дверей."
"Нажал."
Я перевёл взгляд на вход в центр связи — серую металлическую дверь в сотне метров от нас.
Она дрогнула. И с тихим шипением начала открываться.
"Молодец," — сказал я. — "Мы входим."
Я выдохнул, но расслабляться было рано. Теперь предстояло самое сложное — захватить центр, не подняв тревоги.
Я поднялся. Посмотрел на Эвелин, но в этот момент услышал:
— Я не допущу этого! — голос Вадима прозвучал низко, зверино. — Никто никогда не прикоснется к Маргит!
Я не знал, кто такая Маргит. Но по тому, как дрожал голос Вадима, понял: она для него всё.
Я обернулся.
наблюдал, как глаза Вадима сверкнули янтарным. Он схватил Варвару за руки, тряхнул так, что ее голова мотнулась.
— Варвара, они уже в следующем месяце хотят сделать её трофеем!
“Трофей”. Я знал, что это значит. Читал в отчетах. Понятно, почему он так нервничает.
Варвара что-то заговорила — быстро, успокаивающе — обнимала его, обещала спасти. Я видел ее напряжение. Она боялась. Не за себя — за него.