Элирия фыркнула:
— Я вообще не помнила о существовании половины этих стихов, так что ты в хорошей компании, сэр Паникер.
— Вполне естественно, что некоторые части могли измениться или затеряться при переводе, — произнесла Аурелия.
Веселье Элирии от реакции рыцаря улетучилось, едва она задумывалась о пророчестве и разнице между его версией и той, что услышала только что. Слова, о которых она переживала днями напролет.
Сквозь жертву, тьму и преданную дружбу…
— Что ж, полагаю, если и были какие-то сомнения в правдивости этой версии, их можно похоронить. Не думаю, что строки, которые ты мне зачитывал, сэр Ученый, включали часть о «преданной дружбе», и все же… — Элирия долгим взглядом посмотрела на все еще бессознательную Кит, а затем подумала о строке, предшествовавшей этой.
От лютых врагов до печальных концов двое сойдутся путями.
Эвандер разбил сердце Кит — и ее собственное — своим предательством. Хотелось надеяться, это означало, что они на верном пути к исполнению этого проклятого пророчества. Разумеется, Элирии было мало дела до «Единственной Истинной Короны» и ее «грозной силы». Все, чего она хотела — это покинуть это проклятое звездами Святилище вместе с Кит и жить дальше. Пусть остальное королевство печется об исцелении земель. Все, что волновало ее — это исцеление подруги. Ее сестры.
Во всяком случае, именно в этом она себя убеждала.
Элирия повернулась к небожительнице:
— Они будут в безопасности здесь? — Она выразительно перевела взгляд с Кит на Зефир, Трайгга и Нокса. В свете всего пережитого в Испытаниях одна часть пророчества становилась предельно ясна: двое людей, два смешения крови требуется для завоевания короны. Вот почему Арбитр — почему Аурелия — с самого начала подталкивала их к единству. Двое должны были оказаться достойными.
«Ты единственная среди них, кто достоин».
Вопреки словам Эвандера — или именно из-за них — Элирия не была до конца уверена, что действительно достойна. Но она не могла позволить этому остановить ее.
— Никакой вред больше не коснется их, — произнесла Аурелия; её многочисленные голоса слились в торжественной клятве. — Я клянусь в этом.
Элирия закусила нижнюю губу, все еще колеблясь.
— Это должны быть вы двое, Элль, — тихо сказала Зефир. Она вложила свою зеленую ладонь в неперебинтованную руку Элирии, а затем сделала то же самое с Седриком. — Дойдите до конца. Ради всех нас.
— Ага, — проворчал Трайгг; усталость сквозила в том, как тяжело он опирался на свой молот. — Мы присмотрим за Кит. А ты просто сосредоточься на своей магии, как делала все это время, идет?