Взгляд директора Фицека застыл, пронзая меня.
Нельзя отрицать, что теперь я была у него бельмом на глазу.
Я чувствовала взгляд отца, устремлённый на меня, и это требовало всех моих сил, чтобы игнорировать его.
Он больше не мог причинить мне боль.
Я демонстративно сжала руку, зная, что в этот момент он смотрит на мою корковую рану.
Ты можешь сломать меня. Я всегда буду вставать.
— В чём дело, Трой?! — рявкнул Арнольд.
Я вздрогнула.
— Мисс Веритас провоцирует. Вы знаете, что она намеренно манипулирует моими лекциями!
— Не смеши, Трой, — фыркнул Давиан, сделав два шага ближе, его кулаки были сжаты.
Трой указал в его сторону.
— И протеже Джозефа защищает её!
Давиан фыркнул. — Мне уже приходилось защищать бесчисленное количество студентов от твоих безумных дисциплинарных попыток.
Арнольд ударил кулаком по столу, и все присутствующие, кроме моего отца, вздрогнули.
— Довольно!
Не ускользнуло от моего внимания, что мой отец больше не смотрел на меня. Его взгляд был устремлён на что-то другое.
На кулаки Давиана.
— Профессор Фицек, — прорычал отец Троя. — Как участник дебатов, вам запрещено дисциплинировать студентов, которые также участвуют в дебатах.
Джозеф прочистил горло и позволил взгляду скользнуть по комнате так, будто вся ситуация была ему неприятна. По крайней мере, я на это надеялась.
Прямо сейчас у меня была власть разоблачить его. Разрушить его перед наставником.
— Этический комитет не колеблясь дисквалифицирует вас и вашего золотого мальчика, — продолжил директор, его тон был пронизан угрозой. — И это было бы большим позором, не так ли?
Конечно, Моника запугала его.
Трой выглядел так, будто пытался перейти железную дорогу, но поезд появился из ниоткуда.
— Но...
Его отец смерил его взглядом, полным обиды, и в этом было что-то угрожающее. В то же время казалось, что его сын тратит время зря.
— Разве у тебя не лекция?
Теперь Трой сжал руки в кулаки, сглотнул и посмотрел в пол, прежде чем уставиться на меня так, будто теперь действительно хотел видеть меня мёртвой.
Наконец он кивнул отцу, который уже снова смотрел на документы перед собой так, будто всё это было лишь мелкой неприятностью. Мухой, залетевшей в его кабинет.
Мне было интересно, о чём они с отцом говорили.
Трой отвернулся, бросив на Давиана взгляд, которого я не видела, когда уходил. Однако это заставило челюсть Давиана двигаться, что было достаточно, чтобы знать, что они двое, вероятно, будут вечно враждовать друг с другом. Затем Трой исчез в коридоре.
— Профессор Райделл, — Арнольд поднял взгляд. — Ваш кандидат — смутьянка. К тому же женщина. Если она продолжит привлекать внимание, я буду вынужден дисквалифицировать её не только из дебатов.