Я подавила желание приподнять брови, особенно когда он посмотрел на меня, и тень пробежала по его лицу.
— Даже Моника и её моралисты ничего не могут сделать с автоголами.
Давиан сжал губы и посмотрел в пол, сожаление в его глазах.
— А теперь извините меня. — Арнольд встал и взял трость. — У меня встреча с другими директорами.
Он посмотрел на моего отца.
— Джозеф. Мы поговорим позже.
Мой отец коротко кивнул.
— Райделл.
Давиан тоже кивнул, прежде чем директор прошёл мимо него, хромая, вышел из кабинета и закрыл за собой двери.
Secrets and Lies
Atli Örvarsson
Никогда раньше я не стояла в комнате, наполненной таким напряжением.
Всё во мне хотело выбраться отсюда. Уйти. Как можно быстрее. Но я была прикована к месту, окаменев, не в силах двинуться.
Давиан, выведи меня отсюда.
Мой отец был быстрее.
— С каждым днём ты всё больше напоминаешь мне свою мать.
Он звучал спокойно, деловито. Но он не смотрел на меня. Он смотрел на Давиана.
Давиан выглядел таким же озадаченным, как и я.
— О чём ты говоришь?
Его голос звучал сдавленно. Его руки всё ещё были сжаты в кулаки.
Мой отец поднялся со стула, глубоко расслабленный, и я сопротивлялась желанию отступить, но повернулась к нему, когда он подошёл к окну.
— Мир полон талантливых мальчиков-сирот. Как думаешь, что сделало тебя особенным?
Он тихо усмехнулся, что только подлило масла в моё замешательство.
С растущим ужасом в груди я посмотрела на Давиана. Он тоже смотрел на меня, будто думал о том же.
— Не волнуйся. Девушка, на которую ты смотришь так, будто хочешь её трахнуть, не твоя сестра.
Моя голова резко повернулась. И прежде чем я успела ясно мыслить, Давиан бросился к отцу. Но я успела схватить его за руку.
— Давиан!
Он вцепился в мою руку, будто она была ему нужна. Его колено дёрнулось, будто он не был уверен, должен ли слушать меня.
Мой отец знал.
Я смотрела на человека, который теперь повернулся к нам, его руки были сложены за спиной, заставляя Давиана автоматически отдёрнуть руку от моей, что послало обычную боль, к которой я, вероятно, никогда не привыкну, по моей груди.
— Я был разочарован, Давиан. — Мой отец изучал его с бесстрастным лицом. — Впервые за многие годы я был разочарован. — Его взгляд переключился на меня. — Но я понял, что ты совсем не виноват. Она использует тебя. Против меня. — Он обошёл стол Арнольда и провёл рукой по натянутой коже спинки стула. — Это всё, что ты для неё. Незначительная пешка на пути к её падению.
Презрение украшало его лицо.
— Что ты сделала, а? — Он поднял взгляд, обе брови приподняты, голос полон любопытства, будто это был обычный разговор. — Улыбнулась ему, как всегда делала Джозефина?