Но он также был тем, с кем у меня были общие интересы. И, что более важно, он был тем, кому я могла дать то же самое в ответ, потому что он был так же сломан, как и я.
Давиан был настоящим. Не отцом для меня. Не опекуном, который был мне нужен. У Давиана была душа, которая танцевала в такт с моей под редкую мелодию.
Когда мой брат исчез за углом, я вытеснила из головы эти мысли, разрывавшие мои внутренние шрамы, и молча поблагодарила Лару за то, что она пресекла этот разговор в зародыше.
— Ты только что спасла меня.
Её неуверенная улыбка наполнилась беспокойством.
— Он твой брат. — Она шагнула ко мне, и её правая рука легла на моё предплечье. — Ты знаешь, что он желает тебе добра.
Она смотрела на мою руку, должно быть, заметила, как я замёрзла, и я боролась с желанием избегать её взгляда.
Она должна была злиться на меня. Избегать меня. После того дерьма, которое я ей наговорила.
— Только потому, что ты желаешь добра, не значит, что это хорошо.
Я не знала, права ли я, только то, что я не была готова говорить с Тони об отце, и, возможно, не буду готова ещё долгое время.
— Как думаешь, хорошо влюбляться в отца своей лучшей подруги?
Застигнутая врасплох, я подняла взгляд.
— У нас нет...
Я прикусила язык, глядя, как Лара смотрит на меня и убирает руку с моего плеча.
— У вас? — Она буквально пронзала меня взглядом, но я не могла найти осуждения или чего-то другого, чего боялась, в её выражении. — Значит... — Она заколебалась, в конце концов посмотрела в пол. — Между вами что-то есть?
Ничто в этом мире не могло подготовить меня к этому разговору. Я перебрала все возможные способы ответить в машине, подготовила ответы на вопросы. Объяснения, которые могли бы иметь смысл для неё.
Теперь моя память была пуста.
— Лара... Прости, — всё, что я смогла выдавить. — Я знаю, что это неправильно. Что так не должно быть.
Я хотела взять её за руку, но боролась с желанием.
— Я никогда не поставлю его работу под угрозу. И я не хочу терять тебя как лучшую подругу...
Моё сердце судорожно сжалось, потому что что-то подсказывало мне, что я вот-вот потеряю Лару.
— Но мы так много говорим. Я понимаю его. Он понимает меня...
Я сглотнула, не в силах дольше выдерживать её застывший взгляд, и в тот самый момент слёзы захлестнули меня.
— И когда он рядом... Когда больше никого нет...
Я хватала ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова, и моё зрение утонуло в хаосе слёз.
— Я... Я...
Прежде чем я успела ухватиться за мысль, Лара шагнула ко мне, обхватила меня обеими руками и притянула к себе.
Ошеломлённое рыдание вырвалось из моего горла, и я немедленно вцепилась в неё. Она сделала то же самое.