Но что значит «по-квилловски»?
Мой взгляд скользнул по коридору, от одной закрытой двери к другой, пока я снова не посмотрела на Лару с озорной улыбкой.
— Как думаешь, у Фицеков есть грязное бельё?
Ошеломление капало с её лица.
— Что?
Я даже не дала ей времени осмыслить мои слова, схватила её за руку и потянула за собой, через коридор за угол, и моё подозрение подтвердилось. Ещё одна лестница.
Ухмыляясь, как пряничный человечек, страдающий от сахарного удара, я повернулась к своей лучшей подруге, шок буквально был написан на её лице.
Она сделала заказ. Я доставлю.
Заговорщически я понизила голос.
— Я имею в виду... представь, если мы найдём тайную коллекцию порно Троя или контрабанду Арнольда из Германии.
Spitting Off the Edge of the World
Yeah Yeah Yeahs, Perfume Genius
Глаза Лары расширились, но я уже тащила её вверх по тёмной лестнице, в то время как мягкая оркестровая музыка пробиралась через особняк с первого этажа.
— Квилл, когда я сказала «по-квилловски», я не имела в виду...
— Давай. — Эйфорически я тянула её через пустой тёмный коридор с единственной дверью в конце. — У нас никогда больше не будет шанса порыться в поместье директора Юридической школы Мейплкреста. И где лучше это сделать, как не... — Я остановилась перед дверью — Лара теперь запыхалась позади меня — и нажала на ручку. Бинго. — ...на чердаке?
Моё предчувствие подтвердилось.
В старом поместье был ещё один чердак.
Я немедленно нащупала стену в поисках выключателя, и через несколько секунд приятный тёплый свет от старой гудящей лампы залил низкий, хотя и обширный чердак.
В отличие от другой комнаты с люком на крыше, эта была полностью заставлена старыми пыльными картонными коробками, которые кто-то подписал немецкими словами, такими какGeschirr ,Winterklamotten ,Kirchengesangsbücher ,Postkarten илиSchallplatten .
Большинство из них я знала, некоторые могла только угадать по сочетанию слов.
Что такоеSchürzen ?
— Чёрт, Квилл. Это точно было не то, что я имела в виду.
— Ты боишься? — поддразнила я свою заметно окаменевшую подругу, которая осторожно закрыла дверь и огляделась так, будто Арнольд мог выпрыгнуть из одной из этих коробок в любую секунду.
Пахло старыми вещами. Так же, как всегда пахло в старых заброшенных домах, в которые я любила проникать, когда не могла найти лучшее место для ночлега.
Спать в детской кровати в доме, где десять лет назад была вырезана семья, было, вероятно, самым жутким, что я когда-либо делала. Но это было приятно по сравнению с теми ночами, когда я слышала, как по дому мамы летает посуда.