Ундина почувствовала искреннее отвращение. Такой же стыд могла бы испытать миссис Спрэгг, если бы обнаружила, что ее используют как прикрытие для тайного приключения.
– Я ей покажу, заставлю ее понять, – гневно повторяла Ундина.
Ей захотелось немедленно поехать на вокзал и первым же поездом вернуться обратно. Но ее удержало сознание собственного шаткого положения; посидев еще немного, она встала и с тяжелым сердцем направилась назад к магазинам.
Желая показать, что ее не так просто обвести вокруг пальца, она явилась на место встречи почти на час позже условленного; но, войдя в чайную, княгини там не обнаружила. В чайной собралось много народу, и Ундину проводили в отдельную маленькую комнату, где парочки наслаждались напитками в столь интимной обстановке, что приходить туда в одиночестве казалось неуместным. Она осмотрелась в поисках знакомого лица, но никого не увидела и уже было собралась отказаться от поисков, как вдруг заметила пробирающегося сквозь толпу Элмера Моффата.
Это зрелище так поразило ее, что она неосознанно вперила взгляд в круглую черноволосую голову и лоснящееся красное лицо, то появлявшееся, то исчезавшее в джунглях плюмажей. О Моффате она давно ничего не слышала, даже не вспоминала о нем, и все же теперь, в приступе отчаяния и раздражения, нашла нечто умиротворяющее в его уверенном лице и страстно захотела услышать его голос и поведать ему о своих бедах. Она приподнялась, надеясь привлечь его внимание, но тут он повернулся и расчистил путь женщине, осторожно пробиравшейся между столиками. Его спутница в огромной, украшенной перьями шляпе выглядела на редкость вульгарно; все в ней было дешевым и кричащим. Но Моффат явно был в восторге: он отошел, с поклоном провожая ее к столику, и, последовав за ней, поднял руки в розовых манжетах с драгоценными запонками и галантно подкрутил усы. Ундину охватило неразумное раздражение: мало того, что он не один, так еще и в такой пошлой компании. Когда парочка уселась за столик, она встретилась взглядом с Моффатом, и его белый лоб залился краской; однако он упорно избегал ее взгляда – явно желая, чтобы она это заметила, – и с видом опытного кавалера занялся удовлетворением желаний спутницы.
Каким бы незначительным ни был этот инцидент, Ундине стало еще противнее. Моффат тут же показался ей жалким и глупым, и она возненавидела его за то, что именно в этот момент он показал себя в таком свете. Мысли ее вновь обратились к своей обиде, и она как раз сказала себе, что ничто на свете не помешает ей высказать княгине все, что она о ней думает, как вдруг леди Эстрадина наконец объявилась. Она торопливо шла впереди, а за ней Ундина разглядела невысокого, скромно одетого мужчину, по сравнению с которым все остальные в чайной казались такими же простолюдинами, как Моффат. Минутой позже к лицу ее прилила краска, а рука оказалась в руке Раймона де Шелля.