— Здесь можно разместить женщин, — говорю я, проходя между перевёрнутыми столами. — В больших комнатах будут палаты. В пристройке станем стирать одежду шахтёров отдельно от домашней.
Брина проверяет заслонку печи и качает головой.
— Нужны деньги, бельё, люди. И кто сюда придёт? Они рожают дома.
Пока говорит, она уже считает окна и проверяет вторую печь. Отказываться Брина явно не собирается.
— Рина пришла бы сюда вчера, будь здесь тепло и чистая вода?
Повитуха стирает пальцем серую полосу с подоконника.
— После этой ночи Гарт принёс бы её вместе с кроватью, — признаёт она, всё ещё разглядывая печь.
Я открываю ставню, впуская в зал больше света.
— Значит, начнём с одной комнаты.
Денег у меня почти нет: Торвен объявляет счета замороженными до приезда инспектора. Я продаю серьги и два кольца. Местный ювелир предлагает половину цены, ссылаясь на бедный город, но Брина начинает вслух замечать, сколько дорогих вещей лежит у человека без покупателей. Торгуемся до тех пор, пока он не вспоминает справедливую стоимость камней.
К вечеру у нас есть простыни, масло для ламп, два котла и деньги на трубы от верхнего колодца. Гарт хочет работать бесплатно за спасение сына.
— За сына вы будете рядом с Риной, — отвечаю я. — За трубы получите плату. Мастера должны прийти и завтра, поэтому сегодня им нужно вернуться домой с деньгами.
На следующий день он приводит ещё шестерых шахтёров. Женщины моют кухню и выносят старую мебель, Альма ведёт расходы, Брина проверяет принесённые травы. За первое утро мы успеваем привести в порядок две комнаты, ставим у входа бочки для рабочей одежды и запрещаем носить шахтную форму в палаты.
Рина переезжает первой. Тио всё ещё слаб, но серые линии не расползаются. Утром он долго не может взять грудь, раздражается и отворачивается. Рина торопит его, пугаясь каждой паузы.
— Дай ему время, — прошу я, подкладывая свёрнутую ткань под её локоть. — Вчера он учился дышать. Сегодня разберётся с едой.
Брина садится с другой стороны и помогает поддержать голову. Тио несколько раз сердито сопит, затем начинает сосать. Гарт стоит в дверях с доской в руках и медленно опускает её на пол, чтобы не спугнуть сына лишним звуком.
Новость расходится быстрее любой вывески. Одна женщина приходит показать опухшие ноги, другая приводит беременную дочь, третья приносит пелёнки и остаётся мыть лестницу. Я завожу журнал: имя, срок, дом, работа мужа, источник воды, прежние потери.
Брина сначала ворчит, что приличные женщины не захотят рассказывать всё книге, затем сама придвигает стул.
— У этой муж с нижнего участка. Одежду сушит возле общей печи. А у той дом над старым каналом, там весной вода серебрится.