У ворот двое солдат вносят товарища на плаще. Одновременно к крыльцу подъезжает телега, где женщина стоит на коленях, держась за борт.
Муж пытается объяснить, что схватки начались у леса. Женщина перебивает его и требует перестать рассказывать за неё.
— Ребёнок идёт, — говорит она, тяжело переводя дыхание. — И долго ждать не будет.
Брина освобождает проход, Нелла зовёт чистые простыни. В этот же момент носильщики поднимают на крыльцо трёх раненых.
Двери родильного дома распахиваются одновременно для тех, кто защищал границу, и для женщины, начавшей рожать во время нападения.
Глава 31. Дом между жизнью и войной
Носилки и телега сходятся у порога. Брина одним взглядом оценивает раненых, женщину на коленях и узкий коридор, где уже стоят корзины с младенцами.
— Роженицу наверх, в комнату с синим окном. Того, кто дышит сам, — в бывшую столовую. Остальных не вносить кучей, я сначала посмотрю.
Муж женщины пытается поднять её на руки. Она отталкивает его локтем и, переждав схватку, требует дать ей спуститься самой. Нелла подставляет плечо с одной стороны, Рина — с другой. Они ведут её внутрь, пока я опускаюсь возле первого солдата.
У него повреждена нога, но пульс ровный, сознание ясное. Второй не может глубоко вдохнуть после удара о седло. Третий держит ладонь у живота и старается не показать, насколько ему больно. Я ставлю на плащи цветные ленты и отправляю Альму за инструментами.
— Красный в малую операционную. Жёлтых согреть и осмотреть повторно через десять минут. Никому не давать воду из нижнего колодца.
Люди подхватывают распоряжения ещё до того, как я заканчиваю. Пекарь с сыном переносят раненого в столовую, две женщины освобождают стол, шахтёр снимает дверь с кладовой для новых носилок. Дом шумит, но уже не мечется.
Наверху роженица кричит на мужа, который снова пытается отвечать вместо неё. Брина вручает ему часы и велит считать промежутки между схватками. Наконец получив работу, он перестаёт путаться под ногами.
Ребёнок лежит правильно, роды идут быстро. Мать цепляется за простыню и спрашивает, не брошу ли я её ради солдат.
— Я буду входить после каждого осмотра внизу. Между схватками с вами Рина.
Та не уверяет, что всё умеет. Проверяет время и спрашивает, где именно изменилась боль. Женщина отвечает ей уже без прежней резкости.
Внизу Альма уже приготовила стол. Раненому с красной лентой нужно остановить внутреннее кровотечение. Вода прокипячена, ткань чистая, Нелла держит лампу, Эда считает дыхание.
Когда я заканчиваю, пальцы ломит от напряжения. В коридоре плачет новорождённый — громко, возмущённо. Рина появляется в дверях с мокрыми волосами у висков.