Он ставит раму к стене, спрашивает только, куда войти, и направляется к умывальнику. Рина показывает ему чистый фартук. Пока он моется, я возвращаюсь к женщине и спрашиваю, согласна ли она на его помощь. Та смотрит на мужа; мужчина первым признаёт, что одной рукой не удержит её безопасно.
— Пусть помогает, — решает она. — Только если вы будете говорить, что делать.
Аларик входит после разрешения. Не подходит к постели, пока я не показываю место. Женщина узнаёт бывшего генерала и на мгновение пытается подтянуть сползшую рубашку. Он отворачивается к стене, давая Нелле укрыть её чистой простынёй, и ждёт.
— Сядь на край кровати, — объясняю я. — Она обопрётся спиной на твою грудь. Руки проведёшь под её плечами, но не будешь поднимать. На схватке удержишь, чтобы она могла присесть. Если скажет отпустить — отпустишь сразу.
Аларик повторяет положение, чтобы я проверила. Раньше необходимость заставляла его слушать мои указания. Сейчас он ждёт, пока я поправлю его руки, затем спрашивает женщину, удобно ли ей его плечо.
Первая попытка не помогает. Мать сбивается, Аларик крепче удерживает её, и она требует ослабить руки. Он отпускает сразу; мы с Неллой подхватываем женщину.
— Я слишком рано перенёс вес, — говорит Аларик, тяжело переводя дыхание вместе с роженицей. — Покажите ещё раз.
Он не оправдывается тем, что спасал от падения. Я меняю положение его локтей и прошу ждать моего прикосновения к плечу. На следующей схватке женщина сначала пугается и пытается выпрямиться. Аларик не тянет её вниз. Держит ровно столько, сколько она ему отдаёт, и говорит, что никуда не двинется без её согласия.
Ребёнок опускается ниже. Мы повторяем движение ещё дважды. На третьем разе мать сама требует не давать ей лечь, пока схватка не закончится. Аларик бледнеет от напряжения, старый рубец тянет бок, но он не меняет хват и не скрывает состояние.
— Мирель, справа начинает слабеть рука, — предупреждает он. — Переставить сейчас или ждать?
Я зову мужа женщины на его место и объясняю переход. Аларик не спорит, что способен выдержать ещё. Передаёт вес постепенно, убеждается, что женщину держат, и отходит к стене.
Через несколько минут рождается девочка и кричит так громко, что в коридоре смеётся Брина. Я укладываю её матери на грудь и лишь потом замечаю Аларика у двери. Когда он перестал быть нужен, сам вышел и теперь ждёт снаружи.
Я выхожу к нему после передачи женщины Нелле и сразу замечаю, как он бережёт правую сторону. — Бок? — спрашиваю я.
— Тянет, но терпимо. — Аларик начинает было добавлять, что мог остаться дольше, затем смотрит на закрытую дверь. — Я правильно ушёл?