Аларик разглаживает свиток, хотя тот и без того лежит ровно.
— На это уйдут недели. За первым маяком три посёлка и гарнизон.
Он ждёт, что слово «гарнизон» вернёт меня на привычное место жены, которой уже объяснили главное. Я провожу пальцем по строке о немедленном возобновлении добычи.
— Здесь живут женщины, у которых дети исчезают один за другим. Ты предлагаешь открыть шахту и посмотреть, сколько продержится Тио?
Аларик стискивает край свитка, но отвечает не сразу.
— Ограниченная бригада. Под защитой магов. Мы сменим воду и не позволим носить рабочую одежду домой, пока специалисты проверяют твою версию.
Я переставляю бутылку с осадком прямо на имперский приказ.
— Руда пойдёт по тем же улицам. Ты даже не знаешь, что искать.
Аларик срывается прежде, чем успевает вернуть себе ровный тон:
— А ты не знаешь, что удерживает щит.
Он оглядывается на ребёнка и говорит уже тише:
— Мирель, если маяк погаснет, там тоже будут женщины и дети.
На несколько секунд между нами остаётся именно это. Не простое упрямство, а две беды, которые нельзя сложить в одну удобную цифру. Раньше я уступила бы: Аларик всегда говорил так, будто уже подсчитал последствия лучше остальных.
Теперь на столе лежит ожерелье его тёти.
— До утра никто не спускается на глубинный участок. За ночь мы возьмём воду, осмотрим одежду и поговорим с семьями. Если хочешь открыть шахту раньше, делай это силой.
Солдаты у двери ждут приказа. Аларик долго смотрит на меня.
— На рассвете мои люди снимут запоры. У тебя есть ночь.
Он не повышает голос. От этого становится яснее: если я не докажу невозможное за несколько часов, муж сам откроет источник, который я считаю опасным.
Снаружи скрипят колёса. Вдоль двора идёт телега, доверху нагруженная серой рудой. От неё поднимается мелкая блестящая пыль.
— Остановите!
Возле прачечной молодая женщина выпускает корзину с простынями. Она закрывает ладонью нос, другой придерживает округлившийся живот и сгибается от боли. Брина подхватывает её под локоть.
— Нелла? Что случилось?
На светлой юбке проступает небольшое тёмное пятно. Я уже иду к ней, велю закрыть ворота и отвести телегу от дома.
Аларик оказывается рядом раньше солдат. Нелла пугается военного плаща и цепляется за Брину. Я прошу мужа не трогать её и обращаюсь к кучеру:
— Откуда руда?
Тот смотрит на появившегося у ворот Торвена.
— С глубинного склада. Управляющий велел готовить обоз, как увидели знамёна генерала, — отвечает кучер, не поднимая глаз.
Аларик поворачивается к Торвену.
— Я такого приказа не отдавал.
Торвен начинает объяснять, что хотел сберечь время и спасти маяк. У Неллы снова напрягается живот, и я прекращаю слушать.