Аларик отступает к стене. Раньше он бросился бы к пульту сам. Сейчас остаётся с младенцем, потому что именно этого требует его безопасность, и позволяет мне искать решение.
Я раскрываю ближайший журнал. В разделе центрального отбора указаны три пути: руда, вода, остаточный след. Для остановки нужен управляющий браслет или полное разрушение сердца щита. Второй вариант погасит все маяки немедленно.
Торвен вытягивает шею, пытаясь увидеть страницу.
— Контур нельзя держать открытым долго. Он возьмёт больше, чем нужно.
Кассандра резко поворачивается к нему.
— Ты говорил, система сама ограничивает отдачу.
— Для детей в лаборатории. Там были кресла, кольца и отдельные каналы. Сейчас вы подключили весь город.
Его признание слышат солдаты. Один из людей Кассандры отходит от двери, будто хочет оказаться дальше и от неё, и от пульта.
В трубе раздаётся голос Альмы. Он прерывается треском, но я узнаю её сразу:
— Мирель! Если слышите, ответьте! Женщин везут со всех кварталов. У Рины снова появились линии, у Неллы начались схватки…
Я хватаю переговорный рычаг возле трубы и нажимаю до упора.
— Альма, я слышу. Система работает через пыль и воду. Закройте доступ к нижним колодцам, потушите старые печи, одежду из шахты вынесите за двор. Всех женщин выше второго этажа, подальше от труб.
Несколько секунд отвечает только шум. Потом голос Альмы возвращается увереннее:
— Поняла. Передам Брине.
Кассандра идёт ко мне, но Рейн заступает ей дорогу. Он больше не держит Торвена: управляющий сам прижался к стене и не собирается защищать женщину, включившую систему без расчёта.
— Вы не остановите контур простынями и закрытыми печами, — говорит Кассандра. В её голосе появляется первая трещина. — Они лишь ослабят воздействие.
— Этого достаточно, чтобы выиграть время.
Я возвращаюсь к журналу. Возле схемы есть примечание: первичный огонь легче уходит через страх, боль и резкое охлаждение. Значит, женщинам нужны тепло, спокойное дыхание и поддержка, пока мы не доберёмся до управления.
В трубе слышится Брина. Она кашляет, спорит с кем-то возле себя, потом требует освободить линию.
— Мирель, верхние комнаты уже заняты. Я отправила Рину принимать тех, кто может идти сам, Нелла ведёт список сроков. Эда греет воду в пекарне. Что делать с теми, у кого огонь слабеет?
Я объясняю коротко: тепло к пояснице и ногам, не оставлять одну, следить за дыханием, не давать воду из общих колодцев. Врачебных слов здесь мало; Брина сама переводит их в действия, отдаёт распоряжения женщинам и снова возвращается к трубе.
За её голосом слышны десятки других. Родильный дом уже переполнен, людей размещают в пекарне, соседних домах и даже в управлении, откуда Эверта успели вытеснить семьи. Те же горожане, которых он настраивал против меня, теперь несут туда матрасы, лампы и чистую воду.