Слабая лампочка над головой отбрасывала тени под глазами и носом Сузеньоса.
– Закрой глаза, – велел он.
– Нет.
Он улыбнулся. Подождал.
Через мгновение она закрыла глаза.
– Что ты чувствуешь? – прошептал он.
– Тебя. Ты на меня дышишь.
Он снова рассмеялся, обдувая ее новым дыханием.
– Сосредоточься.
Она расслабилась и погрузилась в комнату. Сырость, отвратительный запах швабр и паутина исчезли. Вокруг них появилось нечто совершенно иное. Аромат дикой природы и теплого хлеба, смех близких и свет факелов в темноте. Барабаны и струны.
– Ты слышишь музыку? – прошептала Кидан, открывая глаза.
– Да.
Музыка становилась все громче, затягивая в знакомый ритм. Пробежала по всем углам и проникла в ее грудь. Сузеньос не смог сдержать улыбки, заметив, как ее ноги задвигались в такт.
– Почему я хочу танцевать? – возмущенно прищурилась она. Сузеньос оборонительно поднял руки.
– Это тело. Оно не знает, что делать с радостной энергией, струящейся сквозь него. Кто-то бегает, кто-то прыгает, кто-то танцует. В любом случае, энергию нужно выпустить.
Видимо, он испытывал похожее желание, иначе как можно было описать это настолько точно? У Кидан внутри нарастало и поднималось головокружительное тепло, и нужно было отдаться ему – иначе она бы взорвалась. Нечто внезапное и глупое, родом из далекого детства. Кидан охватило изумление.
Но она сопротивлялась.
– Что предложил тебе Самсон? – спросил Сузеньос, и его голос смешивался с музыкой. Это нарушило ритм, вернуло ее в реальность.
«Сосредоточься. Вы здесь для этого. Вытянуть друг из друга секреты».
Кидан старалась говорить спокойно. Глядя ему в глаза.
– Встать на его сторону.
– Ты не согласишься, – выпалил он.
Кидан молилась именно об этом.
– Убей его. Если ты не хочешь, чтобы я встала на его сторону, убей его.
В ее голосе прозвучало неуместное нетерпение.
В его зрачках мелькнуло удивление.
– Ты чувствуешь соблазн.
Не вопрос, а утверждение. Кидан отвела глаза, ее пронзил стыд.
– Почему ты такая переменчивая? – спросил он. Мерцающий свет упал на гладкие плоскости его груди. – Неужели так трудно подарить мне преданность? Если бы ты отдала мне хоть каплю преданности, которую тратишь на предательницу-сестру или коварных друзей, мы бы стали непобедимы.
Опасные слова – она отчаянно хотела поддаться, но они трансформировались в глубине сознания Кидан, обнажая нечто сокрытое, и ее грудь пронзила вспышка гнева.
Ее преданность?
– Ты бросил свой народ. – Кидан толкнула его в грудь, но он едва двинулся, словно высеченный из камня. – Что ты знаешь о преданности? Об ощущении, когда тебя бросают?