Глава 1
Глава 1. Ноль первый
Наши там, где не ждут.
Тишина наступила раньше, чем кончился свет.
Сознание капитана Алексея Соколова, позывной «Скиф», погасло под вой сервоприводов и визг аварийной сигнализации. Истребитель пятого поколения Су-57М, шедевр инженерной мысли и электроники, превратился в неуправляемый кусок композитного металла, падающий в ночное море где-то у берегов Сирии. «Полный отказ систем», — успел подумать Скиф, глядя на мертвые черные панели. Ни катапульты, ни связи. Только свист воздуха, разрывающего обшивку, и ледяное, всепоглощающее ничто.
Умирать так громко — это глупо. Он всегда думал, что смерть летчика — это вспышка, удар, мгновение. А оказалось — затяжное падение в черную бездну. И последнее, что он услышал, был не голос руководителя полетов, а странный, нарастающий гул — низкий, басовитый, совершенно непохожий на плач турбин. Гул, который ввинчивался в мозг, пока не разорвал его на части.
А потом пришла боль.
Она была другой — не острой, как от перегрузок, а тупой, давящей, сконцентрированной где-то в затылке и костях. Пахло потом, перегретым маслом, бензином и чем-то кислым, похожим на запах старой кожи и дешевого вина. Скиф попытался открыть глаза — и не смог. Веки словно налились свинцом. Тело не слушалось. Он лежал, распятый в тесном, твердом кресле, и чувствовал, как его трясет мелкой, противной дрожью. Вибрация шла откуда-то из-под ног, передаваясь через жесткую спинку сиденья прямо в позвоночник.
Это была не катапульта. Это была кабина.
«Я жив?»
Мысль казалась абсурдной. После падения с пятнадцати тысяч без шансов на спасение? Он попробовал пошевелить пальцами. Пальцы сжались на чем-то холодном и ребристом. На ручке управления. Но не на привычной, эргономичной джойстик-рукоятке с сенсорными клавишами, а на грубой, металлической рукояти с рифлением, обмотанной внизу потертой кожей.
Скиф заставил себя разлепить веки.
Мир, который предстал перед ним, не имел ничего общего с реальностью.
Вместо широкоформатного сенсорного дисплея, проецирующего тактическую обстановку прямо на сетчатку, перед глазами была мутная, исцарапанная полусфера плексигласа, перечеркнутая крестом прицела. Вместо чистого неба — серая, клубящаяся пелена облаков, прошитая строчками дыма и огненными нитями трассеров. В ушах стоял не тихий шум цифровой гарнитуры, а оглушительный, механический рев мотора и сухой треск, похожий на работу швейной машинки.
Он скосил глаза вниз. На коленях лежал планшет с картой. На нем — огрызок химического карандаша. На карте, поверх синих прожилок рек и коричневых колец высот, размашистым, прыгающим почерком было написано: «Район Гродно. Аэродром Карпово».