Первый заход.
Зацепин действовал строго по уставу: тройка клином, ведущий впереди, двое ведомых по флангам. Скиф, шедший парой, сразу ушел в облака — классический прием, который немцы использовали с первого дня. Тройка Зацепина потеряла его, рассыпалась, пытаясь найти. И в этот момент Скиф упал сверху.
Он прошел в хвост замыкающему — молодому лейтенанту — и дал условную очередь. Один-ноль.
Второй заход.
Зацепин перестроил тройку, приказал держаться плотнее. Но на вираже его машины снова потеряли друг друга: третий ведомый отстал, и Гасанов тут же сел ему на хвост. Условная очередь — и третий «сбит». Два-ноль.
Третий заход.
Теперь Зацепин остался вдвоем с опытным пилотом. Они попытались зажать Скифа с двух сторон — классический прием тройки, перестроенной в пару по необходимости. Но Скиф ушел вертикально вверх — прием, которого в уставе не было, — и, потеряв скорость, развернулся на пике горки. Зацепин проскочил мимо, и Скиф сел ему на хвост.
Условная очередь. Три-ноль.
--
На земле Зацепин выбрался из кабины и долго молчал. Потом подошел к Скифу.
— Как ты это делаешь?
— Вертикальный маневр, — сказал Скиф. — «Мессер» тяжелее «Ишачка», но у него мощнее двигатель. Он уходит вверх быстрее. А мы уходим в сторону, теряем скорость, разворачиваемся — и он проскакивает. Немцы это называют «хаммерхед». Я называю «мертвая петля наоборот».
— Этому не учат.
— Теперь будем учить.
Зацепин помолчал. Потом протянул руку.
— Будем. Покажешь моим?
— Покажу, — Скиф пожал руку.
Он знал: уважение не дается просто так. Его нужно завоевывать. И сегодня он его завоевал.
--
Вечером Скиф сидел у штаба и смотрел на закат. Где-то на западе грохотало — фронт не затихал ни на час.
Подошел Логинов.
— Ну что, командир. Кажется, нас признали.
— Пока — терпят. Признают, когда вместе в бой сходим.
— Сойдем. Зацепин — мужик неглупый. Понял, что вы правы.
— Понял. Но таких, как он, — тысячи. Тех, кто держится за устав, потому что так учили. Потому что так «положено». А война учит другому.
— Война учит выживать, — сказал Логинов. — И убивать. А мы учимся.
Скиф кивнул.
— Завтра — боевой вылет. Горелов сказал: разведка обнаружила скопление танков под Быховом. Пойдем вместе с первой эскадрильей. Двадцать машин. Будет жарко.
— Справимся.
— Справимся, — эхом повторил Скиф.
Он посмотрел на небо. Оно темнело, наливалось грозой. Завтра будет новый бой. И новые потери. Но теперь у него был целый полк. И это меняло всё.
Глава 15
Глава 15. Быхов
Большой бой — это много машин, много целей и много смертей. И чем больше машин, тем труднее сохранить строй.