Он аккуратно сложил письмо и убрал в карман гимнастёрки. Ответить он не мог. Но хранить — будет.
— Товарищ старший лейтенант! — снова окликнул его Гасанов. — А у меня от матери! Пишет, что деревня наша пока цела. Немцы не дошли.
— Это хорошо.
— А у меня от невесты! — подал голос Рыжиков. — Ждёт. Пишет: «Возвращайся скорее».
— Возвращайтесь, — сказал Скиф. — Все возвращайтесь.
Он обвёл их взглядом. Гасанов, Рыжиков, Орлов, Семёнов, Сорокин. И старшие — Логинов, Воронов, Зацепин, который тоже зашёл за письмом. Десять, пятнадцать, двадцать человек. Живые. Пока живые.
— Через полчаса — построение у капониров, — сказал он. — Будем разбирать вчерашний бой.
--
Разбор провели прямо у машин.
Скиф расстелил на ящике карту, испещрённую пометками. Вокруг собрались пилоты — не только его группа, но и первая эскадрилья Зацепина. После вчерашнего налёта они уже не делили себя на «своих» и «чужих». Все были свои.
— Вчера мы сделали главное: ударили первыми, — начал Скиф. — И это сработало. Немцы не ждали, что мы придём к ним на аэродром. Они привыкли, что мы обороняемся. Теперь будут ждать. Значит, в следующий раз будет труднее.
— А в следующий раз мы опять ударим? — спросил кто-то из молодых.
— Может, ударим. Может, будем прикрывать наши бомбардировщики. Может, перехватывать немецкие. Война — это не только штурмовки. Но главное, чему вы должны научиться, — это работать в паре.
Он поднял прутик и начал чертить на земле — как когда-то на Карпово, в первый вечер. Только теперь вокруг сидели не четверо испуганных мальчишек, а два десятка пилотов, уже понюхавших пороха.
— Пара — это единый организм. Ведущий атакует, ведомый прикрывает. Если ведущий уходит в облака — ведомый идёт за ним. Если ведомый теряет ведущего — он остаётся один и почти наверняка гибнет. Вчера Семёнов чуть не потерял меня — и чуть не погиб. Кто помнит?
Семёнов шагнул вперёд. Он был бледен, но смотрел твёрдо.
— Я виноват, товарищ старший лейтенант. Отстал. Засмотрелся на цистерны.
— Не виноват, — поправил Скиф. — Неопытен. Но теперь ты знаешь, что бывает, когда теряешь ведущего. И в следующий раз не отстанешь.
— Не отстану.
— Садись.
Семёнов сел. Скиф продолжил:
— Теперь о главном. Вчера мы потеряли трёх пилотов. Все выпрыгнули, все живы. Но машины — три штуки — сгорели. Это значит, что завтра в бой пойдут не все. Кто полетит — решит жребий. А пока — учебный вылет. Зацепин, твои готовы?
— Всегда готовы, — усмехнулся капитан.
— Тогда по машинам.
--
Учебный вылет длился два часа.
Скиф гонял группу парами, отрабатывая взаимодействие. Он показывал, как заходить на цель со стороны солнца. Как уходить от преследования виражом. Как прикрывать ведущего при выходе из атаки. Как работать на бреющем, когда зенитки бьют с земли.