Но этот взгляд здесь был новым дополнением к списку вещей, которые разрывали меня изнутри, как шар для сноса, если я скоро не найду способ навести порядок в хаосе, которым стала моя жизнь с тех пор, как появилась Квилл.
Прекрасный хаос. Это был единственный хаос, который она оставляла. Остальное было моим.
— Она часто исчезает на недели.
Неверящая, хотя и печальная улыбка — будто она насмехалась над моим незнанием, — появилась на её губах.
— Это Квилл.
Её слова должны были успокоить меня. Но всё, что я чувствовал среди всего этого упрямого отчаяния, — облегчение от того, что у моей дочери была причина войти в этот кабинет.
Это был мой шанс. Мой первый. И я не собирался его упускать.
Лара как раз собиралась развернуться и уйти.
— Тыквочка?
Она остановилась, её рука на дверной ручке, и я ждал, пока она не посмотрит на меня с озадаченным выражением.
— Давай поговорим, пожалуйста.
Meghan's Theme
David Buckley, Luke Richards
Пока я не встретил Квилл, я был убеждён, что самые трудные темы для разговора с Диларой — это безопасность, комендантский час, парни и контрацепция.
Как же я ошибался.
Ничто, абсолютно ничто не могло превзойти тот факт, что я переспал с лучшей подругой своей дочери, что заставляло меня чувствовать себя — на этом тротуаре в нашем мирном районе — преступником.
После трёх неловких минут молчания, в течение которых полувзрослый щенок успел пописать на каждое второе дерево, мне наконец удалось открыть рот и даже сформулировать слова.
— Как давно ты знаешь?
Боже, какой неловкий вопрос. Должен ли я был сначала спросить её, как у неё дела?
Как у неё могут быть дела, Давиан? Её отец предал её доверие и разрушает её идеальную жизнь.
— С тех пор как ты подарил ей ту мягкую игрушку.
Она не смотрела на меня, просто продолжала идти. Её голос был ровным.
Чёрт.
Это было уже месяц назад.
Целый чёртов месяц.
И всё же она не противостояла мне, не сказала Тони, ничего не сделала. Она даже вела себя так, будто ничего не знала.
— Почему ты не ненавидишь меня?
Из всех людей в этом городе у неё были на это все причины.
Лара глубоко вздохнула, и с каждой секундой её молчания что-то сжималось в моей груди.
Что, если она ненавидит?
— Потому что мы не выбираем, кого любим.
Всё напряжение исчезло из моей груди.
Что она только что сказала?
Она была такой молодой, и всё же звучала так проницательно. Квилл была всего на год старше, но моя маленькая девочка выросла в защищённой среде, в отличие от Квилл, и ей не пришлось так быстро учиться справляться с суровыми реалиями жизни.
— Я хотела ненавидеть тебя.