Астрид щурится.
— Это ещё одно правило?
— Пока уточнение. Можешь попросить записать его отдельно.
Капитан прибивает лист рядом с дверью. Каждый удар отдаётся в коридоре. Ливи вздрагивает, и Руна становится рядом, но не касается её.
В соседней комнате накрыт маленький стол.
— Можно мне войти? — спрашиваю я, оставаясь за порогом.
Ливи смотрит на сестру.
— На пять минут, — отвечает Астрид. — Дверь не закрывать.
— Хорошо.
Я сажусь у окна. Берт остаётся в дверях, Руна собирает посуду. Ливи перебирает деревянные фигурки. Астрид следит за мной, даже когда делает вид, что читает.
На каминной полке стоит высокая синяя ваза с серебряными ветвями. Девочка несколько раз туда смотрит.
Потом Астрид встаёт за книгой и задевает вазу локтем.
Она успевает поймать её. Я вижу это по движению. Но девочка убирает руку.
Ваза падает и разбивается.
Руна вскрикивает. Берт делает шаг в комнату. Ливи съёживается и закрывает голову руками.
Астрид остаётся возле осколков. Лицо у неё белеет, но она смотрит прямо на меня.
— Я разбила вазу первой мамы.
Теперь понятно, почему она выбрала именно её.
Я встаю, но останавливаюсь в нескольких шагах.
— Ты порезалась?
— Нет. — Астрид прячет ладони за спину.
— Покажи, пожалуйста.
Она медленно вытягивает руки. Крови нет.
Я поворачиваюсь к Руне.
— Здесь есть щётка и совок?
— Есть, госпожа.
— Принесите. И уведите Ливи от осколков.
Астрид ждёт. Плечи напряжены, губы побелели.
— Ты не будешь кричать?
— Нет.
— Это была любимая ваза мамы, — девочка говорит громче, словно помогает мне рассердиться. — Папа запретил к ней прикасаться.
— Тогда поможешь собрать всё, что можно восстановить. Крупные части отложим. Мелкие уберём, чтобы никто не порезался.
— И всё?
— Ещё расскажешь отцу, что сделала.
Астрид сглатывает.
— Ты скажешь ему, что я специально?
— Если спросит, я не стану лгать. Но сначала расскажешь сама.
Руна возвращается со щёткой. Я беру совок, Астрид — щётку. Из-за повязок пальцы слушаются плохо, поэтому большую часть работы делает она.
Кусок с серебряной ветвью девочка откладывает на подоконник. Когда пол очищен, ставит щётку к стене.
— Пять минут закончились.
— Да. Я ухожу.
Я выхожу первой.
До вечера меня больше не зовут. Я перечитываю бумаги о разводе. Из половины слов ясно лишь, что решение принимает Совет, а «лишение дара» упоминается рядом с «разрывом родовой связи». Что это значит, придётся спросить позже.
Перед ужином в дверь стучат.
На пороге стоит Астрид. За ней — Берт и Руна. Девочка держит лист с правилами.
Внизу появилась шестая строка.
«Не называть нас своими дочерьми».
Астрид протягивает мне угольный карандаш.