Ливи цепляется за мой рукав. Плита прижимает меня сильнее, когда девочка пытается остаться.
— А вы? — спрашивает девочка, не двигаясь.
Я упираюсь локтем в пол, освобождая ей проход.
— Сначала ты. Астрид уже ждёт.
Ливи ползёт к сестре. Астрид хватает её за рукав и держит щит. Когда девочка оказывается снаружи, я позволяю себе опереться на локоть. Ледяной край режет плечо, по платью растекается тёплая влага.
Лианна продолжает удерживать нити.
Ливи смотрит на неё. На лице ребёнка нет прежней растерянности — только страшно взрослое понимание.
— Вы знали, что я боюсь темноты, — произносит она, прижимаясь к Астрид. — Знали, как мама меня держала. Почему тогда не поймали?
Копия вздрагивает. Её пальцы на сердце становятся прозрачнее.
— Если я отпущу ритуал, исчезну. Тогда от вашей матери совсем ничего не останется.
Астрид поддерживает сестру одной рукой, второй не даёт щиту опуститься на меня.
— От мамы остались мы. И её выбор. Она умерла, пытаясь уничтожить это место.
Лианна смотрит на нас через лицо погибшей женщины. В нём есть тревога у кровати, облегчение после приступа, нежность во время колыбельной. Она не отходит от сердца.
Я упираюсь ладонью в пол и выбираюсь из-под приподнятой плиты. Астрид ждёт, пока я сяду, и только затем отпускает щит. Лёд обрушивается там, где несколько мгновений назад лежала Ливи.
Девочка опускается возле меня.
— Можно я посмотрю плечо?
Я киваю. Ливи касается ткани у пореза и сразу убирает пальцы, заметив кровь.
Копия перечислила первые слова, игрушки, песни, страхи, прозвища и прикосновения матери. Она сохранила жесты, которыми Лианна успокаивала дочерей.
Но, когда лёд полетел на ребёнка, ей понадобился приказ, чтобы остаться у сердца.
Она помнит любовь.
Но испытывать ее самостоятельно не способна
Глава 37 Имена, которые нельзя украсть
Она помнит любовь. Выбрать её не может.
Ливи стоит возле меня на коленях, прижимая к груди медведя. На щеке осталась ледяная пыль. Я двигаю плечом и сразу прекращаю: мокрая ткань прилипла к порезу. Астрид замечает это и сначала спрашивает:
— Можно посмотреть, насколько сильно вы ранены?
— Позже, — отвечаю я, опираясь ладонью о камень. — Сейчас сердце снова тянет ваши воспоминания. Нужно понять, как перекрыть каналы.
Копия стоит у зеркальной рамы. Левая рука уже прозрачна, зато лицо Лианны остаётся знакомым девочкам по портретам. Она прижимает ладони к кристаллу, будто без него рассыплется.
— Вы слышали их, — говорит она. — Они узнали мои прикосновения, песни, каждую ночь у кроватей. Память уже выбрала за них.
Астрид поворачивается к ней, не выпуская сестру.