— Лианна, я просил дождаться решения Совета у дороги.
Она впервые отводит взгляд от детей.
— Я ждала семь лет, Арден.
Руна наклоняется ко мне.
— Лорд Арден Вейр. Её брат.
Мужчина кладёт ладонь сестре на плечо и поворачивается к роду.
— Три месяца назад я нашёл Лианну у Белого разлома. Она почти не помнила себя. Лекари материнского рода возвращали ей память по частям, а метка всё это время тянулась домой.
Тарен переводит клинок на него.
— Ты скрывал её три месяца?
Арден не отступает от острия.
— Я спасал сестру. Если бы сообщил раньше, твои люди заперли бы её до проверки.
Арден говорит уверенно, но его ладонь сильнее сжимает плечо Лианны. Она не просит брата отпустить её.
— Именно это сейчас и произойдёт. — Тарен кивает Берту. — Гостевое крыло. Ни одной встречи с девочками без моего разрешения.
Лианна делает шаг вперёд.
— Ты собираешься запереть меня в моём доме?
Тарен медленно опускает остриё к её метке, словно сам себе напоминает, что сияющий знак ещё ничего не доказал.
— Пока я не узнаю, кто ты, дом тебе не принадлежит.
Ливи тихо всхлипывает. Женщина сразу тянется к ней, но Тарен выставляет меч между ними.
— Стой.
Лианна смотрит на сталь.
— Она назвала меня мамой. Ты слышал.
Ливи вздрагивает за моей спиной.
— Она спросила, — вмешиваюсь я. — Это не согласие идти к вам.
Женщина прищуривается.
— Ты быстро научилась говорить за моих детей.
Я чувствую, как Ливи дрожит, и не позволяю чужому обвинению оттеснить её от выбранного укрытия.
— Я говорю о том, что вижу. Ливи прячется. Астрид не сделала ни шага.
Арден повышает голос, обращаясь ко всему роду:
— Вторая жена удерживает наследниц от воскресшей матери. Совет обязан вернуть Лианне право на детей.
Тарен убирает меч только затем, чтобы взять Ливи на руки. Девочка позволяет, но продолжает держаться за мой рукав.
— До проверки никакой опеки не будет. Берт, увести детей внутрь.
Астрид поднимает подбородок.
— Я останусь с папой.
Тарен присаживается перед ней, не выпуская младшую.
— Ты уже сделала всё, что должна была. Иди с Миррой. Я скоро приду.
Лианна улыбается старшей.
— Моя храбрая зимняя птица.
Астрид бледнеет и сама берёт Мирру за руку. Я не знаю, семейное ли это прозвище, но девочку оно не успокоило.
У дверей замка Ливи наконец отпускает моё платье.
— Она правда мама? — спрашивает девочка у отца.
Тарен придерживает её одной рукой и отвечает не сразу.
— Я пока не знаю.
Ливи смотрит через его плечо на женщину у ворот.
— У мамы был такой голос.
Тарен укрывает её сползшим одеялом.
— Я слышал, — отвечает он. — Поэтому всё проверю.
Астрид молчит до самой галереи, потом останавливается.