— Ты не знаешь, что мне удобно.
Я не отвожу взгляда.
— Я знаю, что девочки расплачиваются за твоё ожидание.
Он отталкивает кресло. Ножки скребут по камню.
— А я не имею права доверять тебе только потому, что последние дни ты ведёшь себя иначе! Неделю назад я держал меч у твоего горла и считал, что ты отравила моих дочерей. В твоей комнате нашли яд. Астрид рассказала, как ты запирала их в башне. Ливи до сих пор вздрагивает от твоего голоса. Что именно ты предлагаешь мне сделать — забыть всё это и поверить первому объяснению, которое спасает тебя?
Я выдерживаю его взгляд. Он имеет право не доверять Селесте.
— Я предлагаю тебе поверить не мне. Посмотри на Ливи. Она забыла завтрак, но помнит страх передо мной. Забыла историю, но Лианна её получила. Проверь сам. Придумай свою проверку, поставь десять свидетелей, запечатай двери. Только перестань делать вид, что отсутствие готового ответа означает отсутствие угрозы.
Тарен отворачивается к окну. Снег за стеклом уже скрывает башни.
— Ты хочешь, чтобы я запретил ей касаться дочерей.
Я кладу птицу рядом с протоколом.
— Я хочу, чтобы никто не касался их без согласия. Это правило действовало до её появления и должно действовать сейчас.
Он долго молчит. Я больше не давлю: решение, вырванное спором, рассыплется перед Советом.
Наконец Тарен берёт белую птицу и убирает её в ящик стола.
— Хольт осмотрит игрушку. Берт проверит всех, кто находился возле общей комнаты. До его доклада новые встречи пройдут только за защитной перегородкой.
Я качаю головой.
— Этого мало.
Тарен закрывает ящик ключом.
— Больше сегодня не будет.
Я отступаю от стола.
— Тогда в следующий раз объясняй Ливи сам, почему она снова чего-то не помнит.
Он резко оборачивается, но я уже выхожу.
Ночью я не сплю. Мирра дежурит у девочек, а я снова перечитываю журнал памяти Ливи.
Около полуночи раздаётся стук.
За дверью стоит Тарен. На нём тёмный плащ, волосы растрёпаны ветром. Берт остаётся в коридоре.
— Девочки спят? — спрашивает герцог, понижая голос.
Я придерживаю дверь.
— Да. У Ливи не было приступа.
Тарен достаёт серебряную печать с драконом, охватывающим снежинку.
— Что это?
Тарен протягивает пластину.
— Моя печать детского крыла. Она открывает комнаты встреч, архив записей и защитные перегородки. С ней ты можешь остановить встречу, даже если представитель Совета требует продолжения.
Я не беру её сразу.
— Ты мне поверил?
Тарен смотрит в сторону комнаты Ливи.
— Я проверил коридоры. Историю не слышал никто из слуг. Руна всё время находилась у двери, а Лианна до встречи не покидала голубую гостиную.