Он снова протягивает мне серебряную половину.
Я принимаю её. Металл обжигает холодом, потом теплеет и оставляет на ладони тонкий рисунок снежинки.
В стенах замка отвечает низкий гул. Над входом в зал вспыхивают два одинаковых знака: половина дракона и половина снежинки.
Эймар читает проявившуюся строку на печати и мрачнеет.
— Временная соопека признана.
Арден подходит к сестре. Лианна смотрит на меня так, будто Тарен только что повторно выбрал жену у неё на глазах.
— Один раз ты уже привёл чужую женщину в мой дом, — произносит она. — Теперь дал ей права на моих дочерей.
Тарен убирает свою половину печати под рубашку.
— Эти права защищают девочек и заканчиваются через тридцать дней. Тебе стоило бы спросить, почему они вообще понадобились.
Лианна отворачивается первой.
Совет расходится с шумом. Эймар уводит советников обсуждать новое голосование, Арден сопровождает сестру. Инга задерживается возле меня и молча кланяется. Мара впервые не прячет когтистую руку.
Когда двери закрываются, в зале остаются только Тарен, Берт и я.
Капитан проверяет печать у меня в ладони.
— Теперь советская стража не сможет войти в Дом без согласия одного из вас. Но после сегодняшнего они попробуют оспорить назначение.
— Пусть пробуют, — отвечает Тарен. — Удвоить охрану. Сменить все посты, которые назначал управляющий. Список людей из сада проверить по родам и долговым связям.
Берт забирает распоряжения и уходит.
Перед тем как идти в архив, мы возвращаемся в Дом Тихой Зимы. Девочки ждут в общей комнате вместе с Миррой. Ливи замечает серебряный обломок в моей ладони и сразу спрыгивает со скамьи.
— Это папина печать?
Тарен присаживается возле неё, оставляя между ними шаг.
— Половина. Теперь Селеста может запрещать взрослым входить к вам и останавливать встречи, если станет опасно.
Ливи переводит взгляд на меня.
— Значит, Совет не увезёт тебя сегодня?
Я убираю печать под ворот, чтобы она не резала девочке глаза своим светом.
— Сегодня — нет. Но мы всё равно будем соблюдать ваши правила. Печать не даёт мне права входить без разрешения или решать за вас всё подряд.
Астрид закрывает книгу, которую держала на коленях.
— А приказывать нам она теперь может?
Тарен уже открывает рот, но я отвечаю сама:
— Я могу остановить то, что угрожает вам, и спорить с Советом от вашего имени. Расписание, прикосновения и встречи мы по-прежнему обсуждаем вместе.
Старшая смотрит на отца, проверяя, подтвердит ли он мои слова.
— Именно так, — произносит Тарен после паузы. — Соопека нужна, чтобы у вас было двое взрослых, способных сказать Совету «нет». Не двое хозяев.