— Моя Астра, моя снежка, — произносит она. — Я надеюсь, вы никогда этого не услышите. Значит, я успела уничтожить сердце и вернуться домой сама.
Астрид крепче держит сестру. Ливи не отрывает взгляда от лица матери, но не тянется к изображению.
Лианна касается зеркальной рамки.
— Если женщина с моим лицом вернётся, уничтожьте зеркальное сердце. Это буду не я.
Она переводит дыхание и продолжает тише:
— Они соберут мой голос, мои привычки и мои воспоминания. Она узнает, как я вас называла, какие песни пела, чего боялся ваш отец. Может помнить то, что вы сами забудете. Но в ней не будет моего выбора.
Тарен опускает голову. Лианна обращается уже к взрослым, которые однажды окажутся рядом с девочками:
— Не заставляйте дочерей любить вас. Не покупайте их доверие моим лицом, законом, чувством вины или страхом остаться одними. Пусть они сами решат, кому доверить свою жизнь.
Ливи всхлипывает, но не отпускает мою руку. Астрид смотрит на сестру, словно впервые слышит разрешение не выбирать мать только потому, что этого ждёт род.
Изображение дрожит. Лианна достаёт маленькую карту и прижимает её к зеркалу. На ней виден замок, памятный двор и камень, возле которого Ливи ударила три раза в день возвращения копии.
— Арден думает, что сердце осталось в лаборатории под Домом. Я перенесла главный кристалл, когда поняла, что он следит за мной. Спрятала там, где он не станет искать, пока мою смерть чтят как семейную святыню.
На карте вспыхивает памятный камень.
— Зеркальное сердце находится под моей могильной плитой. Внутри серебряной рамы, под руной первой матери. Арден не сможет создать устойчивую копию без этого кристалла. Доберитесь до него раньше, чем женщина заберёт у девочек всё остальное.
Я смотрю на Тарена. Сердце находится во дворе, где копия впервые вошла в замок и где Совет признал её метку. Всё это время она стояла над источником собственной силы.
Лианна убирает карту.
— Если я не вернусь, расскажите девочкам правду обо мне. Я любила их. Я ошибалась. Иногда сердилась и хотела тишины, когда они плакали. Не делайте из меня святую. Мёртвая мать не должна стать ещё одной клеткой.
Астрид закрывает рот свободной рукой. Ливи спрашивает, не отрываясь от изображения:
— Она знала, что умрёт?
Запись не может ответить, но Лианна словно оставила последние слова именно для дочерей:
— Живите дальше. Вы не предадите меня, если полюбите кого-то после меня.
Свет начинает гаснуть. Лианна улыбается устало, без безупречной нежности копии.
— Выбирайте сами. Каждый раз.
Изображение исчезает. Сфера раскрывается полностью, внутри остаётся карта с сияющей меткой под памятным камнем.