Перевёл взгляд на генератор тишины. Разминая ноги подошел ближе. Материал был странным. Не просто черным — он был поглощающим. Свет не отражался от его поверхности, а словно тонул в нем, исчезал, проваливался в никуда. Что если сломать?
Я протянул руку. Не коснулся — просто приблизил пальцы на несколько сантиметров.
Мир взорвался болью.
Она пришла не извне — изнутри. Резкая, ослепительная, такая, что перехватило дыхание и потемнело в глазах. Я отдернул руку, будто меня ударило током, но это не был ток. Это было нечто другое, глубокое, будто кто-то сжал нерв прямо в центре мозга. Я пошевелил пальцами — они слушались, но кончики остались онемевшими. Сжал в кулак. Разжал. Сжал снова. Боль ушла.
И вот тут я понял кое-что важное. Удар был сильный, на грани возможностей человеческого тела. Его должно было хватить, чтобы обычный человек упал на колени, скорчился. Да, я выдержал, мое тело сильнее. Но била ли эта штука в полную мощь, или это так сказать демо- версия?
Я отошёл от устройства. Поднял голову к небу. Корпус тюрьмы сливался с горами, превращаясь в единое целое. Горы. Мои губы сами собой дернулись вверх. Если вырвусь отсюда, то в горах им меня уже ни за что не поймать. Они даже не подозревают насколько идеальное место для меня выбрали.
— Новичок, — раздался голос сбоку. Хриплый, надтреснутый.
Я резко обернулся. Из тени одного из корпусов вышел человек.
Высокий, худощавый, в такой же серой робе. Лицо бледное, исхудавшее, глаза впали, окружены тёмными, почти чёрными кругами. Но глаза — они горели. Лихорадочным, болезненным блеском. Мой зверь внутри встал, принюхался. Оборотень. Свой.
— Новичок, — повторил он, приближаясь. — Видел, как тебя выгружали.
Он остановился в паре метров, окинул меня цепким взглядом. В нём не было агрессии — только усталость и какая-то затравленная настороженность.
— Ян, — коротко представился я. — А ты?
Он усмехнулся. Криво, с горькой безнадежностью.
— Здесь имён нет, — произнес он глухо. — Я — Девятый. Из третьего корпуса. Но это неважно. Важно другое.
Он сделал шаг вперёд. Я почувствовал исходящее от него напряжение — не агрессию, нет. Что-то другое.
— Ты уже пробовал подойти к нему? — он мотнул головой в сторону генератора. — Я видел, как ты отдернул руку. Жив. Уже хорошо. Двое таких же любопытных не отошли от него. Просто... легли и не встали. Ни крови, ни крика. Просто тишина. Не подходи!
Он замолчал, продолжая рассматривать меня.
— Откуда ты? — спросил он вдруг. — Из Спарты?
Я отрицательно покачал головой.
— Ясно. — Он замолчал. Лишнего лучше вслух не произносить. Я потянулся к его зверю — мужчина не воспротивился. Волк. Красивый, мощный.