А теперь...
Я подняла голову к небу. С неба легко покачиваясь падал снег. Я никогда не чувствовала себя настолько свободной.
В детстве я боялась завтрашнего дня, потому что не знала, когда отец приедет и заберет меня обратно в пансионат. Потом я боялась завтрашнего дня, потому что знала — он придет и принесет с собой боль.
А сейчас?
Я смотрела на реку и думала о том, что завтрашний день меня больше не пугает. Завтра будет просто... завтра. И это было самое странное чувство из всех, что я испытывала за последние годы.
— Можно?
Я не обернулась. Я узнала этот голос — спокойный, всегда чуть насмешливый.
— Садись, — сказала я, не поворачивая головы.
Каир опустился на скамейку рядом со мной. Я чувствовала его присутствие — то самое, знакомое, которое всегда было рядом в самые тяжелые моменты. Он не заговаривал, просто сидел и смотрел на реку так же, как я.
— Как ты? — спросил он наконец.
Я пожала плечами:
— Хорошо.
Повисла пауза. Я знала, что он не поверит. Каир всегда чувствовал больше, чем я говорила. Но он не давил, не пытался вытянуть из меня то, что я не была готова сказать.
— Да, хорошо, — повторила я, и в этот раз голос прозвучал увереннее. — Я не знаю, как это объяснить. Но я больше не боюсь. Не боюсь проснуться и понять, что снова должна притворяться.
Я замолчала, собираясь с мыслями.
— Сейчас я просто живу.
Мы снова замолчали. Я смотрела на реку, и мне казалось, что вода течет медленнее, чем раньше. Или это просто потому, что я наконец-то могу позволить себе не торопиться?
— Ну рассказывай, — сказала я, поворачиваясь к нему, — что ты натворил?
Каир удивленно вскинул брови:
— Почему сразу "натворил"?
— Потому что я тебя знаю, — усмехнулась я. — Ты не просто так сидишь здесь и молчишь. Ты что-то задумал. Или уже сделал. Или собираешься сделать. Я права?
Каир вздохнул и покачал головой:
— Ты слишком хорошо меня знаешь.
— А ты слишком долго мне не рассказывал, — парировала я. — Я вижу, что ты что-то скрываешь. Особенно после того, что ты сделал с Анной.
Я заметила, как он напрягся при упоминании ее имени.
— Она в полном раздрае, Каир. Она не понимает, где находится, как сюда попала, почему вокруг все не так, как должно быть. Это не похоже на тебя. Обычно ты продумываешь все до мелочей, а тут...
Я замолчала, давая ему время на ответ.
Каир смотрел на воду. Я видела, как его пальцы сжались на коленях, потом разжались. Он явно собирался с мыслями.
— Я знаю, — сказал он наконец. — Я знаю, что поступил некрасиво. Но у меня не было выбора.
— Выбор всегда есть, — возразила я.
— Не в моем случае.