Я подалась вперед, пытаясь заглянуть за край стола, но… остановилась.
Из-под стола рука потянулась за печеньем… это была детская рука!
Пол под моей ногой предательски скрипнул. Ребенок замер. Меня заметили.
— Вики? Тит? — вырвалось у меня.
Я выпрямилась, выходя из укрытия — прятаться больше не имело смысла. Лунный свет падал на кухню серебристыми полосами, и в одном из таких лучей я увидела ее.
Маленькая девочка.
Лохматая, чумазая, в грязном платьице, явно не подходящем под такую холодную осень. Ее волосы были спутаны, лицо в разводах сажи или… грязи? А глаза… Они были большие, испуганные, блестели в темноте, как у загнанного зверька.
И в этих глазах я вдруг увидела что-то… знакомое. Будто я знала эту девочку. Знала, но не могла вспомнить — откуда?
Девочка отшатнулась. Рука, тянувшаяся к печенью, дернулась и задела стакан с молоком. Стакан покачнулся, упал, и белая жидкость разлилась по столу, закапала на пол.
— Тише, тише, — я сделала шаг вперед, протягивая руки. — Не бойся. Я не причиню вреда.
Она не ответила. Только смотрела — расширенными глазами и дрожала всем телом. А потом… рванула! Прямо к выходу!
Я бросилась следом, выставив руку, чтобы схватить ее за плечо, — и в тот же миг нога скользнула на разлитом молоке.
Мир перевернулся. Я ударилась спиной, затылком, боль пронзила позвоночник и взорвалась в голове ослепительной вспышкой.
Последнее, что я увидела перед тем, как сознание покинуло меня, — ее силуэт вдали.
А потом… все исчезло.
Глава 47.
* Ирина *
Я открыла глаза, но я была не здесь.
Я была в другой комнате, а надо мной склонилась молодая девушка. Ее глаза — огромные, испуганные, полные слез — смотрели на меня. А лицо… лицо было таким знакомым. Светлые глаза, тонкие брови, чуть приоткрытые губы.
Это же Лиса!
И тут я словно нырнула в глубокое озеро. Только вместо воды меня окружили воспоминания. Они нахлынули разом — сотни, тысячи картинок, мелькающих с сумасшедшей скоростью. Казалось, уловить их невозможно. Но каждое мгновение врезалось в память, открывалось, как окошко в детской книжке-раскладушке. Словно деталька пазла, которая всегда должна была быть на этом месте.
Я потеряла сознание, проснулась… служанка. Я ничего не помнила…
Это воспоминания Катрин?
Нет.
Это же… это мои воспоминания. Это я! Я уже была здесь! Я была в этом теле!
Воспоминания кружили, захлестывали, не давали вдохнуть. Вот я открываю глаза в чужой спальне и понимаю, что стала молодой госпожой. Вот узнаю, что Катрин изменяла своему супругу. Вот впервые вижу его.
Асмир.
Его вид — сжатые кулаки, горящие яростью глаза. Он злился. Злился, что Катрин предала его, навлекла проблемы своими изменами. А я вжималась в кресло от страха перед этим огромным разгневанным мужчиной.