Кучер замер с открытым ртом.
— Помогите же! — крикнула я, и он очнулся, схватил Асмира с другой стороны.
— Тяжелый какой, — пробормотал он, но я не обращала внимания.
Асмир не говорил. Его глаза по-прежнему были пустыми. Но он шел. Шаг, еще шаг. Его ноги подкашивались, он опирался на нас, и я чувствовала, как дрожит его тело от напряжения.
— Давай, любимый, — шептала я, чувствуя, как дрожат его руки в моих. — Еще немного. Еще чуть-чуть.
Шаг. Еще шаг. Карета качнулась под его весом, и вот он уже на сиденье — сидел, тяжело дышал, смотрел в одну точку, но сидел сам.
Я не верила своему счастью. Слезы текли по щекам, и я даже не пыталась их вытирать.
— Ты молодец, — сказала я, сжимая его холодные пальцы. — Ты справился. Мы справимся. Все будет хорошо. Я обещаю.
— Госпожа… — раздался голос кучера. — Что теперь прикажете?
Я вытерла слезы тыльной стороной ладони и взяла себя в руки.
— Помогите поднять коляску, — сказала я. — И поехали. Домой.
Я повернулась к Асмиру и искренне улыбнулась.
— Там тебя очень-очень ждут, Асмир. Дети. Солн. Все ждут. Мы едем домой.
Глава 76.
* Виктория *
Моим самым любимым уроком было чтение. Хотя я намного лучше считала палочки и гораздо лучше выводила красивые буквы в прописях, именно чтение для меня было самым долгожданным занятием.
Я не умела читать так быстро, как Тит. Мне приходилось долго сидеть над страницей, которую он уже прочитал бы пять раз. Но когда я ее читала… в моей голове появлялся целый новый мир. Каждый раз, открывая книгу, я чувствовала, что владею какой-то особой магией: я могла сидеть на месте, а душой быть в другом мире — среди принцев, принцесс, благородных воинов и даже… летать с драконами.
Книги дарили мне чувства, которые невозможно описать. А еще книги могли подарить мне то, что обычная жизнь забирает.
— Итак, какой момент вам понравился больше всего? — спросила Ева. — Тит?
— Там, где воин отомстил всем обидчикам, — хмыкнул он. — Мне понравилось, что все злодеи получили по заслугам.
Ева кивнула и посмотрела на меня.
— А тебе, Виктория? Какой момент понравился больше всего?
Я улыбнулась, вспоминая его. Самый-самый любимый момент. Я перечитала его столько раз…
— Мне понравилось, где воин вернулся к своей невесте, — сказала я. — Когда все считали, что он мертв, а он… он оказался жив.
Я улыбалась, чувствуя, как внутри поднимается тепло. Я почувствовала взгляд Тита и улыбнулась ему шире, но он почему-то был хмурым. Иногда Тит любил хмуриться без причины… Но он мальчишка. Кто разберет этих мальчишек. Может, он считал мой любимый момент слишком глупым…