Но стоило мне преодолеть порог, как я застыла. Рина стояла передо мной, а рядом с ней — коляска. И тот самый мужчина.
— Вики, — произнесла Рина мое имя и тоже застыла.
Я смотрела на него.
— Не пугайся, это… — начала она, но я ее перебила.
— Папа, — тихо сказала я и посмотрела в глаза Рины.
Она кивнула.
— Папа, — повторила я громче. Снова посмотрела на него.
— Вики, он просто…
Я не услышала, что было дальше. Потому что в тот же миг я кинулась вперед и прижалась к нему. Обхватила за шею, прижалась щекой к его плечу. Он был таким худым, таким чужим на ощупь, но я не отпускала. Потому что это был мой папа.
— Папочка, — закричала я, — Я знала! Я знала, что ты вернешься! Я молилась, молилась, как ты меня учил… Каждый день. Каждую ночь. И ты вернулся, мой любимый. Мой родной, мой папа.
Глава 77.
* Ирина *
Мы собрались на первом этаже. Я подкатила коляску с Асмиром поближе к камину, чтобы он мог согреться. Пламя весело потрескивало, отбрасывая теплые блики на его бледное, изможденное лицо, но он даже не моргнул. Сидел и смотрел куда-то вдаль — сквозь стены.
Ева, Мария и Марта остались за пределами этой комнаты. Мария боялась Асмира — он выглядел слишком страшно для маленькой девочки, которая и так натерпелась в жизни. Ева осталась с ней, чтобы поддержать и успокоить. Марта же… Марта побледнела еще сильнее, чем обычно. Она молча кивнула и вышла следом, не проронив ни слова.
Поэтому в зале нас осталось пятеро: я, Вики, Тит, Солн и Асмир.
Он сидел в коляске и смотрел в пустоту. Здесь, в домашних стенах, его вид разрывал мне сердце еще сильнее, чем в той страшной лечебнице. Он действительно был… пугающим. Худой, бледный, с длинными спутанными волосами и бородой, с глазами, которые ничего не видели.
Но не для всех.
Вики порхала вокруг Асмира, как маленькая бабочка. Она что-то рассказывала ему, обнимала, гладила по голове, поправляла волосы. Казалось, девочка совсем не замечала его внешнего вида. Само его присутствие делало ее настолько счастливой, что она забыла обо всем на свете.
— Рина говорит, что теперь ты будешь жить с нами! — щебетала она. — Ты рад? Я очень рада…
Она прижалась щекой к его плечу и замерла, блаженно закрыв глаза.
Я смотрела на них и чувствовала, как слезы подступают к горлу. Вики была совсем маленькой. Она верила — и эта вера делала ее сильнее всех нас.
А вот Тит… Тит держался поодаль. С тех пор как я начала рассказывать, где нашла Асмира, он не проронил ни слова. Стоял у окна, скрестив руки на груди, и смотрел на отца. Издалека. Будто боялся подойти ближе.
— Значит… папа болеет? — спросил он наконец.