Поэтому я просто стала собирать стекло в ладонь, чтобы убрать следы погрома.
Когда дети успокоились, в комнате повисла тишина. Я положила все, что собрала, на стол и посмотрела на их лица, не зная, что сказать.
— Рина, — тихо позвала Вики. Она повернулась ко мне и утерла красный нос рукавом. Ее взгляд был добрым и мягким, словно ничего не случилось. — Ты можешь… найти рамку? Это единственное фото нашего папы. Нельзя, чтобы оно испортилось.
Тит нахмурился, но промолчал. Он явно не хотел снова расстраивать сестру.
— Можно? — спросила я, протягивая руку.
Девочка кивнула и доверчиво отдала мне фотографию.
От меня не укрылось, как напрягся Тит. Словно я сейчас разорву или уничтожу ее. Должно быть, злость отступила, и он теперь тоже, тоже переживал за главное сокровище в моих руках.
Конечно, я бы не стала портить, просто хотела посмотреть. И… замерла.
Сердце забилось чаще, в горле пересохло, голова пошла кругом. Быть не может…
— Правда ведь Тит очень на него похож? — спросила Вики.
Я кивнула, с трудом подбирая слова.
— Очень… очень похож, — пробормотала я, глядя на мужчину из моих видений. Того самого, от которого у Катрин замирало все внутри.
Глава 35.
* Ирина *
Душ не помог. Даже несмотря на то, что я мылась теплой, расслабляющей водой. Даже несмотря на то, что тело гудело от усталости, я вся была на нервах, как натянутая струна.
Два дня… Я всего два дня в этом доме. Это ничтожно мало, чтобы что-то изменить… А хотелось изменить все. Хотелось помочь этим детям так сильно, что сердце разрывалось.
Мне было жаль детей. Жаль Марту. Жаль их отца… Она его убила? Но в моих видениях она любила его… Как же так? Разлюбила? Влюбилась в Дарена?
От этой мысли стало мерзко. Буквально тошно. Я резко села на кровати, сбрасывая оцепенение. Взгляд упал на сложенные вещи.
Рука сама потянулась к вчерашнему платью, к карману. Пальцы сомкнулись на холодном металле. Я достала кулон.
Он был ледяным. И каким-то… пугающим. Внутри все дрогнуло, к горлу подкатил ком. Может, меня подсознательно пугало, что он принадлежал уже умершей Катрин? Хотя я, как врач, никогда не была впечатлительной к таким вещам.
Но этот кулон пугал. Хотелось поскорее убрать его подальше. Или вообще… выкинуть. Не знаю почему, но в голове промелькнула и такая мысль: выкинуть и забыть.
Но я, конечно, не собиралась поддаваться непонятному порыву. Открыла ящик комода, положила кулон под стопку белья. Подальше от себя.
А потом достала снимок. Вика дала его мне, чтобы я подобрала рамку. Девочка протягивала мне его трясущимися руками, с такой надеждой в глазах… В отличие от Тита, она мне доверяла. Наверное, она была единственной, кто мне верил. И от этого я хотела помочь ей еще сильнее.