Альма не ожидала такого. Она на мгновение растерялась, а потом, прямо при лекаре, схватила с полки прялку и замахнулась на меня.
— Ах ты дрянь!
Я перехватила ее руку на лету. Пальцы сжались на ее запястье, и я почувствовала, как внутри меня вспыхнуло тепло. Моя магия откликнулась — но не как обычно. Я не собиралась исцелять. Внутри проснулся… гнев.
Эта женщина — убийца… Она загубила Лиру, бедную девочку… Она… убила ее жениха. Это не женщина, это жестокая гадина…
Обычно, когда я насыщала отвары, пальцы грело теплом, но сейчас они горели огнем вместе со злостью внутри.
Я посмотрела прямо в глаза Альме, сжала ее запястье сильнее и проговорила сквозь зубы, чеканя каждое слово:
— Вы — убийца и мерзкая гадина. И вы еще ответите за все зло, что совершили. Поверьте мне, еще ответите сполна.
Альма затряслась. Ее лицо налилось багровым цветом, она начала задыхаться, хватать ртом воздух, словно у нее резко подскочило давление.
— Что… что ты делаешь?! — закричала она, пытаясь вырваться. — Ведьма! Черная ведьма!
Я отпустила ее руку, и Альма отшатнулась, потирая запястье. Она смотрела на меня с ужасом. Лекарь, стоявший рядом, смотрел на меня с таким же изумлением.
— Боги милостивые… — прошептал он. — Я никогда не видел лекарской магии в женщинах… Это же… это невозможно…
Альма закричала, пятясь к стене:
— Ведьма! Я знала, я всегда знала! Ты — проклятая! Я позову стражу!
Но я не стала ее слушать. Я развернулась и бросилась к выходу. Альма что-то кричала мне вслед, но я уже не слышала ее. Я выбежала из комнаты, промчалась по темному коридору и выскочила наружу.
Ночь. В лицо ударил влажный ветер, и я на мгновение замерла. Я смотрела на ночное небо, на бледный свет луны, и чувствовала, как внутри меня все кричит… Я должна спешить! Мне нужно к Асмиру!
Я не знала, где я, не знала, сколько прошло времени. Я не знала, далеко ли Асмир. Но мне было все равно. Если нужно — я пойду пешком. Если нужно — я буду бежать всю ночь. Я должна быть рядом с ним и детьми… Должна спасти их, пока Катрин снова не наговорила что-то страшное!
Я разберусь с Альмой… Этот змеиный клубок, сгубивший жизнь Лиры, я тоже обязательно распутаю, но сейчас… Лира дала мне этот шанс, отдала свое тело… Подарила мне еще одну жизнь. И самое главное, что я должна сделать, — это спасти Асмира и детей.
Я подняла голову к небу, вдохнула холодный ночной воздух и прошептала:
— Я иду, Асмир. Мои дорогие, мои любимые… Где бы вы ни были — я уже иду к вам.
Глава 125.
* Елена *
Этот домишко был убогим. Я не могла побороть раздражения, что мне приходится влачить такое жалкое существование. Приходилось прятаться, приходилось ждать, приходилось жить в этой тесной, пропахшей сыростью лачуге, когда я должна была сидеть в родовом поместье. Но проклятье не позволяло мне показываться на людях. Оно делало свое дело.