— Отдыхай, — мягко повторила я, а после развернулась и быстрым шагом направилась в гостиную.
Дети вскочили, едва я переступила порог.
— Что сказала Ева? — выпалил Тит. В его глазах застыла настороженность.
— Тит, я чуть позже все вам расскажу, — коротко бросила я, пересекая комнату.
В углу, у камина, стояла кочерга — тяжелая, чугунная, с острым загнутым концом. Я схватила ее, взвесила в руке. Да, это подойдет.
— Ты куда? — Тит сделал шаг за мной.
— Скоро вернусь. Сидите здесь.
Я вышла из зала и нос к носу столкнулась с Мартой. Та замерла, глядя на кочергу в моей руке широко раскрытыми глазами. Вид у нее был такой, будто она сейчас упадет в обморок.
— Марта, я же сказала — тебе нужно отдохнуть. Ты выглядишь очень усталой. Иди отдыхай, — повторила я и, не теряя ни минуты, побежала с кочергой по лестнице.
Поворот, еще поворот, и еще один — и вот она! Проклятая дверь!
Я дернула ручку. Закрыто. Ну разумеется…
Но теперь меня это не остановит. Понятия не имею, где шляется Дарен, но дожидаться его я больше не собираюсь.
Отступила на шаг, размахнулась и со всей силы ударила кочергой по замку.
Лязг прокатился по коридору, отдаваясь в ушах звоном. На двери осталась глубокая вмятина, но замок держался.
Я ударила снова. И снова. И снова.
— Госпожа! — донесся откуда-то издалека испуганный голос Марты. — Госпожа, что вы делаете?! Господин… он ведь разозлится!
Краем глаза я заметила, как в конце коридора появились дети. Тит тащил Вики за руку, не давая ей подойти ближе, но сам смотрел во все глаза. Марта прижимала ладони к щекам, шепча что-то неразборчивое. Кажется, она продолжала причитать, что Дарен будет зол, словно это могло меня остановить.
Последний удар — и замок с хрустом отлетел, звякнув о каменный пол.
Я опустила кочергу, тяжело дыша. Руки дрожали от напряжения, но внутри плескалось торжество.
Отложив кочергу в сторону, я толкнула дверь. Она со скрипом отворилась, впуская меня внутрь.
— Ждите здесь, — бросила я не оборачиваясь.
А после наконец вошла в комнату Дарена.
Глава 31.
Я перешагнула порог и оказалась в полумраке. Тяжелые бархатные шторы были задернуты так плотно, что ни единый солнечный луч не проникал внутрь. Воздух здесь стоял спертый, затхлый — Дарен явно не любил проветривать. Или просто не считал нужным.
Глаза медленно привыкали к темноте. Я сделала шаг, другой — и чуть не споткнулась о что-то, валявшееся на полу.
Тут же наклонилась и подняла находку. Это была бархатная коробочка, темно-синяя, с тисненым золотым узором. В таких обычно хранят украшения. Я щелкнула замочком, подняла крышку.