Я же вошла на кухню и закрыла дверь. Теперь мы были вдвоем.
— Насколько мне известно, на кухне нет камина, — кинул он взгляд на мою кочергу.
— Она не для камина, — тут же ответила я.
Он догадывался и сам, но я решила так же озвучить. Это тоже была своего рода угроза, которые он так щедро дарил нам.
Он хмыкнул.
А после достал из сумки какую-то бумажку и протянул ее мне. Но я так и стояла в нескольких шагах от него.
— Ну же… госпожа Катрин, вы ведь хотели освежить память…
Сказал он и положил бумажку на стол. Мне ничего не оставалось, как подойти и взять этот листочек в руки.
В этот раз я узнала без труда. Это был чек… Я уже видела такие достаточно за время, пока разбиралась с домовой книгой.
На чеке стояла сумма с шестью нулями. Это было много… очень много. Я сглотнула.
— Что это такое? Какой-то долг? — тут же спросила я.
Но мужчина тут же растянул губы в улыбке.
— Госпожа Катрин, это не долг… Это награда. Ваша награда, когда вы исполните свою последнюю часть договора.
Глава 84.
* Ирина *
— Тита… — выдохнула я, не в силах поверить. — Вы хотите купить Тита?
— Ну что вы, госпожа Катрин, не купить, а вернуть юного господина в его законную семью… — он развел руками, будто это было само собой разумеющееся. — За щедрое вознаграждение, — добавил он.
— А Вики? — мой голос дрогнул. — Викторию?
Мужчина только хмыкнул.
— По договору девочка остается с вами.
— То есть Елена решила разлучить брата с сестрой, — я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает такая злость, что слова сами рвутся наружу. — Она купит себе Тита. А девочку оставит злобной мачехе?
Доверенный дернулся. На миг его самодовольное лицо исказилось растерянностью — он явно пытался осмыслить, что я только что сказала. Да, я назвала себя злой мачехой. Хотя говорила не о себе, а о Катрин. Но он-то этого не знал.
— Госпожа, я не совсем понимаю, к чему эта театральность…
— А вам и не нужно понимать, — перебила я. — Вы просто передайте своей госпоже: договоренности отменяются.
Я со злостью положила чек на стол и двинула его к доверенному.
— Госпожа Катрин, я настоятельно рекомендую вам хорошенько подумать…
— Не о чем здесь думать, — отрезала я. — Не нужны мне ваши деньги. Забирайте. Мальчик и девочка останутся здесь. Если Елена испытывает какие-то теплые чувства хотя бы к племяннику — пусть помогает финансово. Но без всяких видов на него. Я не собираюсь продавать ей ребенка.
Доверенный не потянулся к клочку бумаги. Он так и остался стоять, сверля меня взглядом.
— Вы все сказали? — спросил он, когда я замолчала.
Вопрос прозвучал грубо и некрасиво. Но в этой ситуации вообще ничего красивого не было.