Я еле открыла глаза. Проснулась по привычке с первыми лучами, но пробуждение далось тяжело. На столе лежал листок с выписанными ингредиентами для отвара Вики. На нем были разного рода шпаргалки по сырью: как должно пахнуть, как должно выглядеть. Я потратила на него почти всю ночь, поспала разве что час, но теперь я была хоть немного уверена в том, что выберу все верно.
Повернулась на другой бок и тут же столкнулась взглядами с Марией. Девочка лежала и смотрела на меня своими огромными глазами.
— Доброе утро, — улыбнулась я, и она ответила мне улыбкой.
— Доброе, — прохрипела она, но, показалось, прохрипела уже более уверенно, чем вчера.
— Горло болит? — спросила я, и девочка отрицательно качнула головой.
— Уже хорошо, — тут же сказала я. — Надеюсь, скоро выздоровеешь полностью и сможешь говорить.
Девочка уверенно кивнула, а после подалась вперед и обняла меня.
Мария была такая ласковая, даже удивительно… Ведь она столько пробыла одна. Хотя… не одна. С ней была Вики и, конечно же, Тит.
Вспомнив второго, я тяжело вздохнула. Я не имела ни малейшего представления, как теперь будут складываться наши отношения.
Сегодня вместо зарядки я только слегка размялась. После проверила душ и снова обнаружила, что вода холодная. Но я все же умыла лицо — это помогло хоть немного привести мысли в порядок.
Мы с Марией быстро собрались. Я выбрала для нее хоть и большие, но теплые вещи, и она одела их без всяких споров. Я же надела простую длинную юбку и кофту. В таком наряде мы вышли в коридор и направились к Вики и Титу.
Однако Вики меня опередила: она сама вышла за дверь, и тут же мы встретились с ней взглядами. У меня сердце пропустило удар. Что же будет теперь? Тит ведь наверняка все ей рассказал…
Но Вики как ни в чем не бывало кинулась ко мне и крепко обняла.
— Доброе утро, Рина! Доброе утро, Мария! — сказала девочка с широкой улыбкой, а после зевнула, прикрыв рот ладонью. Зевок оказался заразительным, и Мария тут же его повторила. Бедолаги не выспались, впрочем, как и я…
— Доброе утро. А Тит еще спит?
— Нет, — отрицательно качнула головой девочка. — Он встал, но на завтрак сказал, что не пойдет.
— Как это — не пойдет?
— Он сказал: не хочет есть и не спустится, пока не придет Ева.
Я нахмурилась. Это еще что такое? Голодовка?
— Рина, не надо, он не в духе, — сказала мне Вики, когда я уже пошла к двери и дернула ручку — благо, она оказалась не заперта.
Тит сидел на кровати и читал книгу. Увидев меня, он поднял голову.
— Доброе утро, — мягко сказала я. — Пора завтракать.
— Не хочу, — без приветствия сказал он.