— Но это же… Неужели можно отказаться от радости быть матерью ради фигуры и светской жизни? А Елена и вовсе пошла дальше. Она готова на убийство. Причина должна быть серьезнее. Вот только какая?
Солн задумался. Я — тоже. Если мужчина, проживший долгую жизнь в этом мире, не мог мне ответить, то уж мне, можно сказать, новичку, ответа точно не понять.
— А если пожаловаться в полицию? — спросила я.
Он нахмурился:
— Простите, куда?
— Ну, в жандармерию, в охрану, стражникам, королю… Мне ведь угрожают смертью? Разве это законно?
Солн покачал головой:
— Если Катрин не принуждали подписывать договор… последствия были обговорены и утверждены. Редко кто составляет договор на смерть, но если составили и Катрин его подписала, то при несоблюдении это законно.
— И что теперь — никак не избавиться от этого договора? — спросила я с надеждой.
— Его можно попытаться оспорить, — сказал Солн. — Или… уничтожить. Магический договор всегда составляют в единственном экземпляре. Если его сжечь, он перестанет работать.
Я задумалась. Так вот почему доверенный Елены так тщательно берег его от меня… Даже шага не давал подойти. Если бы только украсть и уничтожить… Но это невозможно.
Другой вариант — оспорить. Но чувствую, там тоже понадобятся деньги, и немалые. Да и не убьют ли они меня, пока я буду его оспаривать?
— Рина, что вы думаете делать? — вырвал меня из размышлений Солн.
Вопрос оказался очень сложным.
— Надеюсь, что Асмир проснется… До завтра.
— А если… не проснется? Вы… отдадите ей Тита?
— Ни за что, — ответила я твердо.
В глазах Солна мелькнуло облегчение. Он кивнул.
— Но что тогда?
А вот это был еще более сложный вопрос.
Я посмотрела в окно на мелькающие пейзажи, потом перевела взгляд на Солна. Мне кажется, он понял ответ раньше, чем я его произнесла. Потому что другого варианта не было.
— Вы заберете детей, Асмира, а я… я останусь.
— Даже не говорите такого!
— Другого варианта нет, — твердо сказала я.
— Но вас же убьют!
Я покачала головой:
— Я… спрячусь. И пока я буду бегать, Асмир, может, придет в себя и спасет меня.
— А если он никогда… — Солн осекся и остаток фразы произнес с болью: — никогда не проснется?
— Тогда… Тит вырастет и спасет меня. Он ведь дракон и быстро растет…
— Но не настолько быстро, чтобы они вас не нашли.
В глазах Солна было столько боли, что у самой запершило в горле.
Но я не видела других вариантов. Я не знаю, что хочет сделать Елена с Титом. Но сердцем чувствую: нельзя ей его отдавать.
Вот только… если дети уедут с Солном — не отследит ли она их?
Почему же все так плохо? И кажется, нет ни одного лучика надежды.