Было бы неплохо, но… она точно не согласится. Да и времени ждать нет.
— Я хочу, чтобы вы помогли мне разобраться со счетами, и тогда…
— Нет.
— Но…
— Я сказала — нет. — Она не повысила голос, но ее тон и ледяной взгляд говорили сами за себя. Она точно не была запуганной служанкой вроде Марты. Она могла позволить себе то, что, пожалуй, и раньше говорила Катрин в лицо.
И все же… Помощь была нужна девочке. А она не давала мне сказать и слова.
— Если на этом все… то мы закончили, — заявила она и снова попыталась уйти, но я шагнула, перекрывая ей дорогу.
— Мне очень нужна помощь…
— Я же сказала вам…
Наши голоса перекрыл другой звук — кашель и шаги на лестнице. Ева и я разом обернулись. На лестнице стояли Вики и Тит. Вики, прижавшись к перилам, снова закашливалась, а Тит смотрел на нас снизу вверх, его лицо было напряженным.
Но поразительнее всего была перемена, произошедшая с Евой. Ее строгое, непроницаемое лицо смягчилось, в нем проступили совсем другие черты — искреннее беспокойство и мгновенная нежность.
— Милая… неужели тебе совсем не лучше? — ее голос прозвучал совсем иначе — тепло, с участием. — Утром ведь ты так не кашляла…
— Утром она выпила теплого молока, и ей было легче, — вступил Тит, спускаясь на ступеньку ниже. Его взгляд был прикован к Еве. — Ева, пожалуйста… помоги ей.
— Помочь? — гувернантка явно удивилась просьбе мальчика, а Тит уверенно кивнул.
— Она хочет купить лекарство… Но не знает, как достать деньги. Помоги ей… хотя бы подписать чек или что-то там.
— Подписать чек? — Ева нахмурилась, переводя взгляд с него на меня, и снова в ее глазах вспыхнуло подозрение.
— Помогите мне хотя бы с этим, — вступила я, пользуясь паузой и поддержкой мальчика. — Помогите понять, как найти деньги и купить лекарство. Больше я ни о чем не прошу. Клянусь… — мой взгляд снова упал на Вики. — Я правда ничего не помню, но сейчас я очень хочу помочь. И если вы тоже хотите ей помочь… то помогите мне ее спасти.
В прихожей повисла тишина. Ева молчала. Ее строгий взгляд скользил по моему лицу, выискивая подвох, малейшую фальшь. А потом медленно, неохотно перешел на детей. На Тита, который стоял, сжав кулаки, но не в гневе, а в мольбе. На Вики, которая смотрела на нее большими, полными надежды и доверия глазами.
— Ева… — тихо, но очень четко произнес Тит. Он спустился еще на одну ступеньку. — Она… она сейчас другая. Она нас кормит. Готовит. Даже… вещи свои Вики дала, чтобы та не мерзла. И убирается сама. — Он сделал паузу, глубоко вздохнув, словно каждое слово давалось ему с трудом. — Она пытается помочь. Пожалуйста.